Измена. Закрывая гештальты (СИ)

Если снова поддамся — сдохну очень быстро. Просто не вывезу этот моральный прессинг. Да и физически вновь терпеть близость, а не хватит ли?

Достаточно я маялась и страдала последние лет десять с Ромой.

Вдохнула.

— Хорошо тебе съездить по делам, Игорь. А в выходные я совершенно точно не могу. Ни сейчас, ни вообще. И сауна мне категорически противопоказана, и с тобой я никуда не пойду. Я тебе внятно и последний раз говорю: я не буду с тобой. Никак. Никогда. Все.

— Ты передумаешь, милая, — прозвучало уверенное после паузы.

А мне осталось лишь отключиться и зарычать."

"Да, затем пришлось полчаса убеждать ребенка, прискакавшего на кухню, что со мной все хорошо, что я справлюсь и все под контролем.

И только я вроде выдохнула, как меня снова взбодрили звонком. На этот раз мой адвокат:

— Арина Егоровна, у меня сегодня такие половинчатые новости. Приезжал только что Роман Николаевич, подписал ту часть соглашения, которая касалась раздела основного имущества, где вы с детьми получаете три четверти стоимости квартиры и вашу старую семейную машину. Но отказался подписывать документы, в которых были обозначены шестьдесят тысяч рублей ежемесячно в качестве алиментов на Константина Романовича.

— О как неожиданно, чем мотивировал? — обалдеть, и это я же еще поскромничала и потребовала не все, что по закону положено.

— Сказал, что вы получаете достаточно. А о ежемесячных выплатах речь вообще до сих пор не шла.

Нет, это, мне кажется, уже за гранью.

Рома страшно ругал одного своего приятеля лет пять назад, когда тот разводился и устраивал махинации по сокрытию доходов, чтобы не платить алименты.

Как он тогда вопил?

«Это же твой ребенок. Хрен с ней, с бывшей, но это же твой сын. Как ты можешь лишить его не только отца, привычной жизни, но и приличных кроссовок?»

И где вот это все, а?

Выветрилось полностью, снесенное к чертям невероятным очарованием Оленьки?

— Вот это сюрприз, конечно, — а что я еще могу сказать?

Вздохнули хором, но идеи, к счастью, у адвоката были:

— Вы бы обсудили с Романом Николаевичем этот вопрос в ближайшее время, потому как, при наличии несовершеннолетнего ребёнка, суд в любом случае будет настаивать на обязательных алиментах от второго родителя.

Да, это даже мне, далекой от юриспруденции, понятно.

Печалюсь, конечно, и разговаривать с Ромой лишний раз не хочу, но дело такое, обязательное.

— Я, конечно, побеседую, а вот, кстати, и Роман Николаевич звонит по второй линии, — надо же, спохватился дорогой…

Что же, небесные покровители и прочие божественные заступники, на вас вся надежда, ибо мужа своего я, как выясняется, не знаю совсем и вообще разговаривать с мужиками не умею.

Ни начальник меня по-хорошему не понял, ни Игорь.