Измена. Закрывая гештальты (СИ)

Великий Новгород мне всегда нравился чистотой, камерностью, уютом, памятниками и тем, что мой далекий от религии и понимания значимости исторического наследия отец называл: «Ох и город. На один квадратный метр пять церквей!»

— Вот и договорились, — резюмировала Фиса, — завтра берешь больничный и несешь заявление «по собственному». Можно в обратной последовательности. Там как раз майские, а после них вас уже и разведут, да и с продажей успеете, раз Роману так подгорает.

Я прикидывала в календаре более четкий план действий и бормотала под нос:

— Поговорю еще с тренером, чтобы подобрал нам в Новгороде клуб для Кота после его реабилитации. И вообще, все будет в шоколаде, а не в чем обычно.

Лера и Анфиса переглянулись и хмыкнули.

Меня же несло на волнах восторга от открывавшихся перспектив:

— А приятным бонусом будет то, что расстояние между мной и моими родителями будет ни две остановки, а два часа на машине. Да и Рому с Олей встретить в ТЦ еще раз шанса у меня практически не будет.

Дочь грустно покивала. Ей все равно больно. Как бы он себя ни вел, Роман Николаевич оставался ее отцом.

Я это понимала и ни одного плохого слова вслух при детях в его адрес не говорила.

Ладно, план понятен.

Делюсь с девочками, а то отпускать пора поддержку в лице подружки:

— Так, завтра утром я принесу заявление этому небритому чепушиле, и пусть Администрация дальше живёт без меня.

А как у начальника подписать нужные документы я знаю: во время его телефонного разговора, предварительно положив перед ним на стол шоколадную конфетку.

А там — ловкость рук, хорошие человеческие отношения с секретариатом главы района и больничный.

Бухгалтерия и кадры могут взбрыкнуть, но я после мартовского выезда не только в шоке рыдала по углам, но и припасла кое-что на Инессу, так что должны мирно разойтись.

Про то, что даст бог, переезд в Новгород избавит меня еще и от Игоря — я даже мечтать боялась, хотя была бы рада.

Честно.

Осталось все задуманное претворить в жизнь.

[1] Совет в Филях — военный совет, который в соответствии с Воинским уставом был созван 1 (13) сентября 1812 года во время Отечественной войны главнокомандующим М. И. Кутузовым в деревне Фили к западу от Москвы. На рассмотрение был вынесен вопрос о том, пытаться ли после Бородинского сражения дать ещё одно сражение под Москвой, либо оставить город без боя.

Глава 22

Овраги, сюрпризы и подводные камни

Старый еврей уезжает на родину, везет в клетке попугая. Таможенник не пускает, говорит, что животных и птиц можно вывозить только чучелом или тушкой.

Еврей божится, что попугай в их семье уже 100 лет.