Измена. Вторая семья мужа

 — У меня есть доказательства! Все было не так! Рома его убил! Рома!

— У меня тоже доказательства, — с неизменной улыбочкой заявляет Артем.

— Ты это сделала?! — Рома от шока говорит едва слышно, хрипит. — Я столько лет считал, что я его… а это все ты… ты хотела, чтобы я чувствовал свою вину, хотела иметь на меня компромат… Что же ты за существо такое…

Рома хватает раскаленный воздух ртом, только он не проходит в легкие. Сознание заволакивает кровавый туман. Сколько лет она водила его за нос!

Еще никогда в жизни Рома не ощущал такой ненависти. Ему немедленно захотелось в душ, содрать с себя кожу, выжечь в памяти, что он к ней прикасался. Даже к отцу у него не было такой ненависти.

— Это сделал ты! — стоит на своем Алена. — Нечего на меня вешать чужие грехи.

— Матвей Сергеевич, вы не хотите облегчить душу? — Калиновский переводит взгляд на стоящего в дверях Мотю.

— Я… че… ниче не знаю, — заикается, бледнеет.

— Отпираться нет смысла. Ваш брат дает показания. Рассказывает, в чем вы ему помогали, что он для вас делал. Срока не избежать, но если вы расскажете мне правду, то я могу существенно его уменьшить, — заливает соловьем адвокат.

— Брешешь! — хрюкает Мотя.

— У меня на руках ваше дело. У дочери вам не спрятаться, за вами уже едут. Мы или с вами договоримся, или я приложу все усилия, чтобы вы получили максимальный срок, — хитро ему подмигивает. — Поверьте, связи и возможности у меня имеются.

Мотя опускает голову, бредет к дивану, садится и обхватывает голову руками.

— Эх, Надька… что же ты так, оставила меня одного… как я теперь…"

"— Насколько мне известно, оставили жену именно вы. Но мы сейчас не о вашей личной жизни, Матвей Сергеевич. Я внимательно вас слушаю, степень вашей откровенности, напрямую влияет на мое желание в дальнейшем вам помочь, — Артем говорит мягким, дружелюбным голосом.

— Не смей открывать рот! — орет Алена.

— Ой, молчи, — устало отмахивается Мотя. — Да, я попросил брата подделать экспертизу. Она же дочь моя. Как не помочь? Тем более там не человек был, а чудовище. Так измывался над моей дочуркой. Я справедливость восстанавливал.

— Подставляя Романа?

— Ничего ему не сталось! Он на свободе! — фыркает Мотя.

— Дурак, какой же идиот! — Алена всхлипывает. — Они же тебя разводят! Никто тебе не поможет, папа!

— Молчи, дочь, без тебя тошно, — кряхтит Мотя.

— Где Алена взяла яд? — продолжает допрос Артем.

— Брат дал, я у него попросил!

— Заткнииись! — она подбегает к отцу и начинает его бить кулаками. — Они бы ничего не доказали! Зачем ты открыл свой рот!

— Ошибаетесь, Алена, даже без признаний Матвей Сергеевича, все элементарно доказывается с имеющимися у меня на руках фактами.