Измена. Вторая семья мужа

Когда приезжает, то он на себя не похож, задумчив, немногословен. Хоть именно брат привел меня в чувства, после того страшного разговора с Ромой, когда я узнала правду.

Тогда меня колотило так сильно, что зубы отбивали чечетку, голова взрывалась. Столько лет лжи, я не могла это принять и осознать.

Коля взял меня за руку и сказал:

— Лер, осудить человека проще всего. И мало кто может, отбросив собственные обиды хотя бы на время, попробовать влезть в его шкуру и посмотреть на ситуацию с другой стороны.

— Коль, он ведь мог открыться! А он врал, изменял! — всхлипывала я и давилась горькими слезами.

— А ты не осуждай. Попробуй понять, почему он так делал. Ведь у его поступков была логика, у него были опасения. Понимаю, сейчас на эмоциях ты видишь только черные цвета, но попробуй разглядеть другие оттенки.

Я услышала Колю. Он пробился сквозь толщу боли. Подарил успокоение. У него талант, особая аура, рядом с ним все кажется не таким уж страшным."

"Мне понадобилось время. Сначала я плакала, выливала на подушку свои обиды и разочарования. Потом стала вспоминать слова Ромы, анализировать события. Не только со своей стороны, но задумалась, а как чувствовал себя Рома, который с детства был под вечным гнетом родителей.

Он не знал нормальной жизни. Мать и отец его постоянно унижали, манипулировали им. А как мужчине признаться своей женщине в слабости?

Сделай он это, уверена, мы б стали еще ближе. Но он не отважился на этот шаг. Но я не могу его винить. Мне безумно жалко маленького мальчика, которого столько лет ломали.

Убийство отца… могу только догадываться, чего ему это стоило… И ведь Вениамин был безумен, вряд ли его кроме смерти что-то могло остановить. Где бы я сейчас была, если бы не Рома? Лучше мне этого не знать.

Рома действительно стоял на страже своей семьи. Конечно, я все равно уверена, что вместе нам было бы легче. Мы бы сплотились, стали одним целым. Но сомневаюсь, что Рома мог прийти домой и сказать: «Любимая, я собираюсь убить своего отца». Нет, он такого бы никогда не сказал. Мне. Он сказал это Алене. Потому как с ней он разделил грязь. А для меня расчищал светлое пятнышко, на фоне творящегося кошмара. Он оберегал, как мог, как умел.

Ошибки… их было много. И с моей стороны тоже. Я не почувствовала своего мужчину. Приняла его опеку, привыкла к ней, и жила в иллюзорном мире. Я любила, Рома любил, но где-то пазлы нашей любви не сходились.

После долгих раздумий и терзаний, я сама пришла к Роме.

— Я не оставлю тебя. Ты не можешь проходить все это один. Я хочу, чтобы ты виделся с дочерью. Хочу наладить наше общение.

Его глаза расширились, губы задрожали.

— Лерочка… я не смел и надеяться…

— Я поддержу тебя, Ром. Мы не чужие люди.

Вначале было очень сложно. Но мы начинали с малого. Шаг за шагом, учились заново общаться.