Измена. Вторая семья мужа

Глава 68

Меня тоже начинает трясти, от противоречивых эмоций. Это же мой ребенок! Она не может так играть! В памяти всплывают яркие и светлые моменты нашей жизни.

— Очень похвально, что вы всем помогаете, Зоряна, — говорит Артем. Потому как у меня ком в горле, я не знаю, что ответить.

Какая-то сила внутри меня мешает сорваться с места и прижать дочь к себе. Почему? У меня нет ответа на этот вопрос.

— Простите, но мы немного в курсе событий и ваших недавних поступков, — мягко вступает в разговор Николай.

— Кто из нас не без греха, — вздыхает Зоря, виновато потупив взгляд.

— Нисколько не пытаюсь вас судить. На это не имею права. Только разрушить все легко, а вот чтобы вернуть доверие надо постараться. Вы хотите помириться с матерью — это отлично, — Николай берет чашку, делает глоток кофе, смотрит на Зорю, словно сканирует ее. — Но это не может произойти по щелчку пальцев. В данном случае недостаточно сказать: «Прости!»

— Я хочу быть рядом, — берет мою руку и сжимает ее. — Я нужна маме, а мама мне. Мы семья и должны поддерживать друг друга. И я готова доказать, как сильно раскаиваюсь.

— Мне кажется, сейчас ваше присутствие добавит Валерии тревог. Всему свое время, Зоряна. Если у вас есть намерения вернуть доверие матери, то идите к этой цели, — заявляет Николай.

— Согласен. Боюсь, что сейчас ваше пребывание с Лерой лишь добавит ненужных тревог, — поддерживает друга Артем.

— Мам, а ты что думаешь? Я настолько тебя раздражаю? — берет салфетку и вытирает слезы.

Она разрывает мне сердце. Кромсает его. Стараюсь думать не эмоциями, хоть моя любовь к дочери требует немедленно ее обнять, и постараться забыть все те жуткие события. Но, правда в том, что их не забыть и не вычеркнуть.

Доверия действительно нет. Страшно признаться, но я опасаюсь приводить дочь в дом.

— Зорь, мы можем общаться. Если возникнут проблемы, я тебе помогу. Но мне сейчас надо прийти в себя. У меня уже пропало молоко. Надеюсь, ты понимаешь в каком я состоянии.

— Понимаю, мамочка! Потому и хочу загладить вину, сделать все, чтобы тебе было легче! — складывает руки в молитвенном жесте.

А у меня перед глазами, как она искренне плакала перед своей учительницей в театре. Один в один.

От этого темнеет в глазах. Стена отчуждения между мной и ребенком растет.

— Папа надолго уехал? — спрашиваю осипшим голосом.

— Говорил, что скоро вернется, — она как-то резко осунулась, лицо бледным стало.

— Вы не поддерживаете связь?

— Он мне пишет, — сцепляет руки в замок. — Расскажи мне про Аришку, какая она? — на лице мгновенно возникает улыбка.

Зоря определенно избегает разговоров об отце. Почему?

Во время встречи еще несколько раз пыталась спросить что-то о Роме, но получала только односложные ответы.