Измена. Во власти лжи (СИ)

"

"— Сбежал, засранец, сбежал, Есю заставил переживать, нервничать. Ты что себе думаешь, что ты себе позволяешь?

— Пусти меня. Пусти меня, тоже мне нашёл время воспитывать, где ты все это время был до этого.

Рустам зарычал и выпустил реально Тима из своей хватки своей, и сын, дёрнувшись в сторону, поправил на плечах куртку и бросил на меня злой цепкий взгляд.

Я не понимала, в чем я виновата.

У меня затряслись губы.

Я тихо произнесла:

— Тим…

Но сын никак не отреагировал.

Он, рыкнув, дёрнулся в сторону и побежал по лестнице наверх.

— На спортивной площадке сидели поросята, — оскалился Рус, делая шаг ко мне, а я не понимала, что мне тяжело сдержать слезы, и поэтому они катились по щекам. — Сидели довольные, а этот поросёнок игнорировал звонки. Есь, ты чего застыла?

— Как-то нелепо…

Рустам, глядя на меня, покачала головой, и я шмыгнула носом.

— Ты чего плачешь, все хорошо, как я и говорил, они недалеко отошли…

— Как он вообще ушёл из дома?

— Надо строительную лестницу убрать с той стороны, где у него спальня.

Я вскинула бровь и провела ладонью по губам.

— Ну, помнишь, позавчера приезжали рабочие чистить все водостоки, строительная лестница так и стоит возле его окна. Ну, он вылез, спустился, дошёл до калитки, тихонько её открыл, вызвал такси, поехал.

Я снова шмыгнула носом, стараясь сдержать слезы, но Рус сделал шаг ко мне, обнял и прижал к себе, чтобы я уткнулась ему носом в плечо.

— Ну, что распереживалась, будет хорошо, все будет хорошо, идём. Я тебя в спальню провожу.

Рус реально проводил меня в спальню, где я нервно и судорожно стянула с себя халат и опять залезла под одеяло.

Рус пометался ещё перед дверью, но все же решил не испытывать судьбу.

— Может быть, тебе чая налить?

Я покачала головой, сжимаясь в комок, притягивая к себе подушку.

Я так расстроилась, я так распереживалась, что сон не шел. Где-то глубоко за два часа ночи меня наконец-таки срубило каким-то непонятным муторным состоянием, что я не могла правильно оценить, спала я или бодрствовала, наверно просто дремала.

И вместе с этим воскресное утро началось для меня безумно рано, потому что живот продолжал тянуть. И как бы я не хотела успокоиться, у меня это не получалось. Я тихо спустилась на первый этаж и прошла в кухню, поставила чайник, включила мультиварку, чтобы сварить кашу.

Чем больше я ходила, тем меньше у меня дёргало внизу живота.

Я не понимала, как это связано, но подозревала, что, скорее всего, это был обычный спазм.

Я приоткрыла окно, потому что от чайника и парящей мультиварки на стеклах стала собираться влажная плёнка.

Пройдя к левому ящичку, я не сразу поняла, что меня привлекло.

Я прислушалась.

— Я тебе ещё раз говорю никаких звонков и никаких встреч.

Я выдохнула.