Измена. Верну тебя, жена (СИ)

Не станем отвлекать, рада была увидеться.

Я уже хотела развернуться, как Гордисанов внезапно обхватывает мое запястье, но тут же убирает руку.

— Я здесь на дне рождения племянницы. Может, присоединитесь к нам?

— Как-то неудобно, — сомневаюсь я. — Тем более нас никто не приглашал.

— Думаю, Златочка не будет против, — взмахнув рукой, указывает на девочку немногим старше Аленки, в пышном розовом платье. — Племяшка будет рада познакомиться с новой подружкой.

Опустив голову к дочери, спрашиваю:

— Пойдем?

Дочь завороженно разглядывает аниматоров, устроивших для детворы интересные конкурсы, и, помедлив, все же кивает.

Люди за столом все незнакомые, кроме старшей сестры Романа Лены. Раньше мы с ней неплохо ладили, да и сейчас, спустя годы, я не замечаю в ее взгляде на меня ничего осуждающего. Лена доброжелательно здоровается и тоже приглашает нас сесть, спрашивает вежливо, как дела.

Мне, конечно, есть что рассказать, но эта информация не для сестры Гордисанова, поэтому отвечаю общими фразами.

Рома приземляется рядом со мной и сразу же ставит чистый бокал и наливает лимонад.

— Дневное пати в этом скучном местечке не подразумевает шампанское.

— Я бы и не стала пить, — непринужденно отмахиваюсь.

Аленка, торопливо похватав со стола закуски, рвется участвовать в конкурсах. Всучив дочери деньги для именинницы — другого подарка попросту нет, — отпускаю ее к ребятишкам. Она убегает, даже забыв снять рюкзачок.

— Значит, ты замужем, — провожает взглядом Аленку Рома.

Я тяжело вздыхаю.

— Помнишь, когда-то было модно ставить семейное положение на страничках «В контакте»? У меня «все сложно»…

Гордисанов корпусом оборачивается и заводит руку мне за спину, кладет ее на спинку стула.

— В таком случае я в «активном поиске».

— Да ну? — округляю глаза. — Ты — и один? Ни за что не поверю. Да на тебя в институте настоящую охоту устраивали! А уж когда девчонки узнали, что мы хотим пожениться, я реально боялась, что они могут нанять киллера! — выпалив это, прикусываю язык.

— Я женат исключительно на своей работе.

Захар рос в бедной семье и всего добился сам, а Роман родился с золотой ложкой во рту. Ему не нужно было упорно трудиться, чтобы занять место под солнцем. Все обеспечил его отец.

Но его слова о любви к работе меня подкупают.

— Может, встретимся сегодня вечером, Лиль? — неожиданно предлагает Рома. — Сходим в бар или клуб, где не будет оглушающего визга и ряженных клоунов?

Его предложение обескураживает.

Пойти в ночное заведение с ним? И, может быть, там забыться?

Если честно, к такому я не готова. Я не уверена, уместно ли сейчас куда-то идти с Ромой, ведь мое сердце еще не остыло от любви к мужу, а там, где должны быть здравые мысли и спокойные эмоции, пока творится хаос и бушует огонь.