Измена. Верни мне мою жизнь (СИ)

Я провыл что-то неразборчивое и пошёл звонить Полине. Но поскольку ещё рано было, телефон молчал. Позавтракав снова таблетками, я позвонил в клинику и записался через час на томографию. Вызвал такси и, сжимая зубы, чтобы не орать от головной боли, поехал в больницу.

Ничего нового платные врачи мне не сказали. Правда, прописали более действенные обезболивающие, но уже в уколах. Один прям в палате поставили, и в голове прояснилось. Боль стала утихать, а звон в ушах не сводил больше с ума. Я блаженно смотрел на врача и кивал головой.

Пришлось отменить пару рабочих встреч. В состоянии, близком к нирване, нельзя работать. Я уехал домой. Обезболивающее не только усмирило метроном внутри мозга, но и заставило расслабиться. Клонило в сон с жуткой силой, поэтому ближе к обеду, набрав Полину ещё раз и не получив ответ, я решил, что вот вздремну — и точно начну названивать, или Александра наберу.

Сон был душным и каким-то ванильно-сладким. Как будто я счастливый отец семейства, и Полина рядом со мной улыбается. Из такого бреда выходить не хотелось, и только силой воли я заставил себя проснуться. Солнце клонилось к закату, и я с ужасом понял, что за сегодня ещё не говорил с Полиной. Начал нервно набирать ее, но Полли упорно не брала трубку. Я распсиховался. Встал и сходил в душ. Голова была более-менее свежей, и я, натянув джинсы, заварил себе кофе. Снова набрал Полли. Тишина.

Телефон тренькнул входящим видеосообщением от Полины. Я включил и…

Скринкаст разговора с Ангелиной, когда она вчера вечером мне позвонила. Вот дрянь! Вот коза! Она отправила его Полине. Полли сделала соотвествующие выводы, потому что моя оборванная фраза, что сейчас приеду, не в мою пользу играет.

Кольцо, что висело теперь у меня на цепочке на шее, стало прожигать под собой кожу, и я потёр грудь. Полина не отвечала на звонки. Вообще вышла из мессенджера. Я накинул футболку, подхватил ключи со столика и спустился на парковку. Завёл машину и выехал со двора. Вечерний город просто замер в пробке. Я психовал и сжимал руль, как будто от этого зависела скорость автомобильного потока. В голове снова начало шуметь, и я от этого все больше отвлекался от дороги. Бесит.

Когда выехал на трассу, то стало полегче. Несмотря на ее загруженность, здесь хотя бы можно обгонять. Правда, когда встречка не идёт вереницей, это делать проще, но ничего… И так выкручусь. В ушах снова зашумело. Я продолжал набирать Полину в надежде, что, может быть, она захочет на меня наорать, но ее телефон молчал.

Черт!

Впереди меня ехали старые ""Жигули"": обогнать не давали и скорость не увеличивали. Я дёргался влево, чтобы рассмотреть, когда там машин не будет. Нервы натянулись как струны, и я все же набрал новый номер, который был на клочке бумаги все это время. Александр тоже не отвечал.

Черт.