Измена в подарок

Что может в нём выдать женатого мужчину? Кольца нет, но когда это было признаком? А вот слишком хорошо выглаженная футболка и чистые кроссовки вполне. С другой стороны, он столько раз справлялся сам с готовкой и уборкой на моей кухне, что вполне может быть представителем того редкого вида мужчин с прямыми руками.

Костя привил мне острую ненависть к глажке. Могу вымыть окна, посуду или полы. Дважды. Только бы не становиться к пыхтящему паром станку. Каждый день мне приходилось выглаживать идеальные воротнички и стрелки. Так и выработалась стойкая аллергия на утюг.

На футболке Марка ни единой складочки. Могла ли это сделать его жена? Если да, то как он может сидеть сейчас рядом со мной, а не баловать свою женщину завтраком. И как он может, зная нашу с Костей историю, ставить меня в такой положение?

Фантазии меня всегда заводят в самые тёмные уголки реальности. Никогда не мечтала о роли любовницы, а сейчас все внутренности скручивает, как только представляю, что это я могу быть той самой разлучницей.

Кажется, что вот-вот распахнутся двери и войдёт невероятно красивая девушка с печальными глазами. Её печаль — моя вина, но я ничего изменить не в силах. Не могу оторвать ни рук, ни губ от её мужчины. Сгораю изнутри заживо, но прекратить не получается.

Марк очень вовремя обрывает мои мысли.

— Я бы не очень хотел это обсуждать. Особенно сейчас. Расскажу, чтобы ты не сомневалась во мне, — он неожиданно теряется и не знает, куда деть свои руки, то поглаживая вышитые васильки на скатерти, то виски, будто пытаясь снять головную боль. — Настя умерла через два года после нашей свадьбы. Я вдовец. Уже очень много лет.

Его ответ заставляет больно стукнуться сердце и устыдиться своих мыслей.

Время оживает. Снова пляшет пламя свечей, но уже некстати. Солнце стирает тени и запускает свои пальцы в кудри Марка.

— Прости, я не хотела напоминать. Мне очень жаль, — в очередной раз теряюсь с ответом и теперь тоже не знаю, куда деть свои руки.

— Ничего, Мирра. Это давно в прошлом. Сейчас остались только хорошие воспоминания и немного грусти по тому, что не случилось.

Молчим. Каждый о чём-то своем. Утро становится ближе. Забывая, что себе обещала, тянусь к особо строптивым кудряшкам, которые всё время падают Марку на лицо. Прочёсывая мягкие волны пальцами, пытаюсь вплести их к остальным локонам, но ничего не выходит. Они снова рассыпаются. Я встречаю горячий взгляд Марка, который напоминает, кто мы, где и почему не стоит этого делать.

Я берусь тушить свечи пальцами, слегка обжигаясь, но почти не чувствуя боли. Собираю посуду и краем глаза замечаю часы.

— Чёрт, почти девять. Я же собиралась в город ехать, пока ты не пришёл. Меня ждут. Прости, Марк, я пойду собираться и очень быстро.

— Давай отвезу. Мне тоже нужно в город.