Измена в новогоднюю ночь (СИ)

Еду в гости к “другу”, хочу выяснить парочку важных деталей.

Ох, как мне хочется ему с порога навтыкать!

Но, сначала я просто настойчиво звоню в его квартиру.

Минут через десять только слышу шаги за дверью и щелчки замка.

Открывает. В трусах, рожа помятая, взгляд мутный.

– Бухал? – смотрю на него с недоброй усмешкой.

– Дымов? Какого хрена в такую рань? Ты время видел? – ерошит свою и так лохматую голову.

– Я-то видел. Пустишь?

– Ну заходи, – пропускает меня, сам идёт в ванную, умывается.

Я тем временем включаю кофемашину и готовлю нам по кружке крепкого кофе.

Рассматриваю задумчиво их кухню. Уютная, тёплая, не то что у нас, стильно и холодно. Всегда мне нравилось у друзей. Машка – хозяюшка. Занавески с оборками, на подоконнике цветы, подушечки разноцветные на диване с вышивкой. Сто пудов, тоже Машкиных рук дело.

На кухню вползает Свят.

– Крепко спал? – смотрю на него внимательно.

– Да какой там, – снова лохматит шевелюру. – Вообще заснуть не мог, пока не накатил.

– А чего? Неужели, совесть мучает? – прищуриваюсь пытливо.

– Это ты к чему? – напрягается тут же.

– Ничего не хочешь мне сказать? – сканирую его взглядом.

Бледнеет, сглатывает, мнётся…

– Скажи, помнишь, как ты в ДТП попал, а я на себя вину взял? Потому что ты под градусом был, а я не пил в тот вечер?

– Помню, – кивает сокрушённо.

– И ещё я могу десяток ситуаций привести, где мы друг друга вытаскивали. Так что же случилось, друг?

– Ты знаешь уже, да? – смотрит виновато он.

– Может знаю, а может нет. Я ж не в курсе, сколько раз ты меня кинул.

– Я не хотел, – опускает взгляд. – Но мне выбора не оставили. Если бы Машка узнала…

– Отлично, – усмехаюсь я. – То есть своей семьёй ты дорожишь, а меня можно и под каток?

– Ну Наташка тебе тоже жена! – вскидывает голову он. – Я, можно сказать, твою семью спасал.

– А ты спросил, нужна мне такая семья? Подожди… А может, ты с Наташкой тоже? Того? Было у вас, признавайся! – вдруг зверею окончательно, потому что вижу. Блять, было!

И меня снова обваривает той концентрированной желчью, из которой я вынырнул только что. Мне становится дико и противно от мысли, как я жил все эти годы среди лицемеров и предателей.

– Охренеть! – сползаю я на стул.

– Гордей, да ты не подумай, я не спал с ней. Но она последние полгода, как с цепи сорвалась. Ты постоянно в командировках, а ей как башню отрывало! Мы с ней и её подружками пару раз зависали вместе. Ну и по пьяни зажигали по беспределу. Но до постели у нас не дошло, честно. Она, конечно, заводная у тебя, пиздец. Машка у меня тихая, а твоя…

– Не моя! – рычу я. – И если тебе так вставляет, забирай её нахрен. Дарю. Будете и дальше отжигать. Тем более, “беременна” она, как выяснилось, не от меня, а от вас с Эвелиной. Это же вы ей залёт организовали, верно?

– Прости, Гордей.