Измена. Ты не уйдёшь

И пусть многое омрачает это, о плохом думать не хочется.

Я рада малышу и ни за что по своей воле не откажусь от него. Хоть и понимаю, что без Мирона будет сложно.

Впрочем, я всё ещё надеюсь на лучшее…

— Угостишь экспрессо, красавица, — улыбается мой потерянный брат.

— Правильно говорить эспрессо, — отвечаю я, не в силах надолго отвести от него взгляд. Такое чувство, что он может просто раствориться, если я это сделаю.

А мне бы этого очень, очень не хотелось.

Мы долго разговариваем за столиком. Периодически, конечно, заходят посетители, но их немного, так что время получается провести с комфортом. Руслан вспоминает наши дни, особенно всякие игры летом, причитания бабушки и её разговоры про правительственные заговоры и таёжную расу русов, знающую ответы на все вопросы, с которыми можно общаться через шишки.

— Я не понимаю, как мы сами с ней с ума не сошли, — смеюсь.

— О да, мы бы могли пойти дальше и верить в летающие тарелки.

— Особенно после того, как ты уехал… — произношу я. — Как я не превратилась в ту из поговорки — «Жила в лесу — молилась колесу»?

Он берёт меня за руку и глядит прямо в глаза.

— Прости, — произносит с чем-то затаённом в голосе. — Я должен был вернуться туда за тобой.

— Я никогда так не думала, — спешу его успокоить. — Ты сам был ребёнком.

Он слабо улыбается в ответ.

А затем вдруг начинает говорить:

— Знаешь… вчера ты заставила меня пожалеть, что мы не встретились раньше.

Я тут же смущаюсь, а одна из посетительниц, проходя мимо нас, роняет милое:

— Вы такая красивая пара! Просто загляденье!

Я стараюсь не додумывать фразу Руслана. Мы ещё общаемся какое-то время, потом я делаю ему кофе с собой и обнимаю на прощание.

— Напишу тебе, — шепчет он, поцеловав меня в макушку. — А что у вас за дела с Катей? Она куда-то собиралась с самого утра.

Мне неловко признаваться в том, что мы затеяли. Да и не нужно это.

Как раз когда Руслан уходит, Катя пишет мне:

«Еду за ней из фитнес-центра, вроде как сворачивает в гостиницу».

Я в ответ прошу её быть осторожной. Да, Катя сказала, что так как она теперь безработная, вполне может взяться за частное расследование.

«Не надо смотреть так, будто я перечитала Донцову!», — рассмеялась она вчера на мою реакцию.

Но вроде ведь ничего такого? Ирина недавно переехала, так можно было бы узнать её адрес и проверить, не захаживает ли к ней Мирон. А дальше, не знаю, резко наведаться к ним? Пока планы были шаткими. Я себя плохо чувствовала и просто была рада, что не одна схожу с ума.

На одном моём плече сидит Мирон, убеждающий, что ему можно верить.

На другом — Катя, убеждающая, что это не так.

Я вспоминаю ночь, проведённую с мужем, его объятия и разговоры. Он рассказывал про друзей из детства, про то, как начинал бизнес и как тяжело было. Много разных мелочей.