Измена. У меня появилась другая

– Ты не оставил мне выбора… Я предупреждала тебя не раз, чем может закончиться твоя неопределённость! – чуть дрогнувшим голосом ответила она."

"Я никогда не видела мужа ни злым, ни тем более разъярённым. Но, похоже, сегодня не только я сама для себя оказалась незнакомкой.

– Пошла отсюда вон! – рявкнул Калугин, брызжа слюнями, и, не успела я охнуть, подлетел к Кристине.

Показалось, что он её ударит. Она дёрнулась и прикрыла глаза, но Илья лишь схватил свою любовницу под руку и, дёрнув на себя, потащил к выходу из столовой.

Кристина уцепилась за скатерть. Тарелки, стоящие близко к краю, посыпались вниз. Несколько блюд оказались на полу. Те, что были с майонезом, мгновенно превратились в кашу. Но не это являлось для меня кошмарным, а то, каким грубым был Илья. На его скулах играли желваки, он был разозлён так, словно в него вселился сам дьявол. Таким Калугина я не видела ни разу за все тринадцать лет, что мы были знакомы.

– Папа! – выкрикнул Ваня, выглянувший из комнаты, мимо которой Илья волоком тащил Кристину. – Мамочка! Что это?

На лице сына было выражение ужаса. Я бросилась к нему, прижала к себе. Разумеется, в процесс выпроваживания любовницы вмешиваться не стала. Даже прекратила смотреть в сторону мужа и той, кто упирался так, словно остаться здесь было вопросом жизни и смерти. Наконец, выставив Кристину прочь, Калугин захлопнул дверь. Прислонился к ней спиной, прикрыл глаза.

– Ванюш, иди к себе… У нас случилось небольшое ЧП, – хрипло проговорила я, кивая вглубь спальни сына. – Я потом тебя позову и ты поешь, хорошо?

Наш прекрасный праздник, к которому я так готовилась, летел в тартарары. И чем всё могло закончиться уже сегодня, я представить не могла.

– Хорошо, – вздохнул сын. – Вы только с папой не ругайтесь.

Я кривовато усмехнулась. За десять лет своей жизни Иван становился свидетелем наших с Ильёй ссор от силы пару раз. Да и то поводы тогда были самые незначительные. Но я не могла ему сейчас пообещать, что буду в силах удержать себя в руках. Да, Ваня был ни в чём не виноват и не должен был подвергаться тому, что вызовет у него неприятные волнения, но я не была железной леди. А уж в такой ужасающей ситуации и вовсе оказалась впервые.

– Всё будет хорошо, – пространно ответила я, не зная, кого хочу тем самым успокоить – себя или сына. – Иди, я тебя позову.

Ваня всё же закрыл за собой дверь, бросив на отца взгляд мельком. Полный тревоги и какого-то затаённого болезненного ожидания, он полоснул мне по нервам.

– Идём поговорим, – хрипло шепнула я, разворачиваясь и направляясь к нашей спальне на негнущихся ногах.

Когда проходила мимо гостиной, вновь бросила взгляд на несчастные угощения, лежащие на полу.