Измена. Ты (не) мой генерал. Книга 2

— Дело в том, что открылись новые обстоятельства. И, если верить тому, что говорит лекарь, выходит, что тот черноволосый юноша, очень похожий на твоего дедушку, мой сын.

— Кто? — так и не могла Авилина уложить в голове новости.

— Лео, — задумчиво ответил отец, и эйра застыла с раскрытым ртом, не в силах поверить в услышанное. Да, лекарь сказал: если бы не сила другого дракона, он бы не смог помочь. Выходит, что энергия должна быть родственной! Она облизала пересохшие губы, вспоминая момент, когда ощутила что-то странное. Леотард использовал магию. Совсем, как раньше, когда это делал брат, отец или мать. Неужели, это может быть правдой⁈

— Значит, он не умер во младенчестве? — спросила она у отца. — Или это совершенно другой ребёнок, о котором никто не знает?

— Выходит, я тоже не осведомлён, — Осберт сел на кресло в углу комнаты, задумчиво подперев голову рукой. — Но он описал именно ту женщину, что приходила принимать роды у Эменгар.

— Но как мама могла так поступить? — округлила она глаза, чувствуя, будто грудь перевязали толстой верёвкой, что не продохнуть. — Или она не знала?

— Мы обязательно спросим у неё дома, как только вернёмся обратно.

Авилина увела глаза, понимая, что её глупость заставила других рисковать жизнями, чтобы оказаться здесь.

— Ты же не предпочитаешь Эльдион родному Аскарду? К тому же Зоран заслужил, чтобы с ним поговорили.

— Он рассказал тебе причину, по которой я ушла?

— Да, — кивнул отец.

— И ты так спокойно говоришь об этом?

Лицо исказилось болью. Неужели, после того как отец узнал об измене, он просит, чтобы они встретились? И что Зоран скажет? Что в его сердце есть место для обеих?

— Ты должна его выслушать, — послышался женский голос."

"О, святые небеса, неужели Ида тоже благоволит негодяю? Который спас. Да, пусть так. Но из-за кого Авилина оказалась здесь? Если бы не его предательство, она пережила бы приход Альфа, и они были бы счастливы в Авалосии.

Только всё было иначе.

— Я не желаю его видеть!

Слёзы, которые она так долго копила внутри, наконец, вырвались наружу. Всё это время Ави была сильной, не показывала своих чувств. Запирала их настолько глубоко, чтобы забыть, чтобы не думать. Отвернувшись от остальных, зарылась в подушку, ощущая внутри себя нарастающее тепло. Маленький дракон грел маму, напоминал о том, что она не одна. Что у неё есть тот, кто всегда будет рядом.

— Он проделал большой путь, чтобы вернуть тебя! — настаивал отец.

— Подверг свою жизнь опасности, — добавила Ида.

Да, конечно. Глупцу только этого не понять.

— Хорошо, — смахнула маленькие слезинки, чувствуя, что они принесли ей небывалое облегчение. — Я поговорю с ним.

— Как только его найдут, — Осберт задумчиво гладил обивку кресла, и Авилина ощутила, как внутри неё всё сжимается невидимым жгутом.