Измена. Ты будешь моей (СИ)

И теперь наш брак втоптан в грязь, осквернен и разрушен.

Всхлипываю, подтягивая к себе сжатое в руке покрывало. Брак разрушен. Но я жива; боги, несмотря на все козни врагов, оказались на моей стороне. Они даровали мне ребенка, а значит, и надежду."

"Видящий смотрит в самую душу. Ему неважно, как выглядит человек, ему важно то, что в душе.

— Айлин, протяни мне свою руку. — Его белоснежное одеяние колышется, когда он поднимает свою ладонь и ждет моего движения.

Касаюсь своими дрожащими пальцами его пальцев, чувствую, какие они сухие и шершавые — он голыми руками каждый день выдалбливает на камнях новые руны для тех, кто хочет вступить в брак. Оглядываюсь на Рэгвальда: в его взгляде решительность и поддержка, а еще океан любви и нежности. Слабо улыбаюсь ему — меня охватывает такое волнение, что дышать тяжело.

Видящий подводит меня к алтарю, на котором лежат два плоских камня с брачными рунами. Он делает небольшой надрез на моей ладони и кладет ее на одну из рун. Как только ее касается первая капля крови, знак начинает тихо светиться и едва слышно звенеть.

— Я, Айлин, клянусь любить и уважать своего супруга Рэгвальда. Делить с ним радости и печали, быть сердцем семейного очага и всего клана. Да будет на то воля богов.

Как только я заканчиваю клятву, по телу пробегает вибрация. Как будто я вся начинаю так же тонко звенеть, как руна. Сияние становится практически невыносимым для глаз. Зажмуриваюсь, а, когда открываю их, рядом со мной уже стоит Рэгвальд. Видящий делает такой же надрез на его руке и прикладывает большую мужскую ладонь ко второму камню.

Руна Рэгвальда также начинает светиться, но она не звенит. Гудит.

— Я, Рэгвальд, клянусь любить и уважать свою супругу Айлин. Защищать ее и хранить ее сердце, как свое собственное. Если нарушу обещание, пусть боги покарают меня.

Вторая руна тоже вспыхивает, и Видящий связывает наши руки атласной черной лентой — теперь я принадлежу клану Орланд.

Сердце поет в унисон рунам. Заглядываю в глаза Рэгвальда, но не вижу в них счастья. Там сожаление и боль. Обстановка стремительно меняется. Исчезает Видящий. Исчезает алтарь с рунами. Вокруг поднимается пыль и буря.

Я в испуге оглядываюсь по сторонам, но не вижу ничего. Внезапно меня обнимают крепкие знакомые руки и резко разворачивают. Я тону в знакомом аромате спокойствия и безопасности. А потом к нему примешивается соленый металлический запах крови.

Отстраняюсь, хмурюсь, всматриваюсь в Рэгвальда. С уголка его губ тонкой струйкой стекает кровь, а в груди торчит черное лезвие.

— Прости, — беззвучно произносит мой муж.

Я подскакиваю на кровати с сердцем, стремящимся выпрыгнуть из груди. Понимаю, что я в своей комнате, а по полу бегут закатные отблески солнца. Закрываю лицо руками. Кошмар.