Измена. Тайный наследник. Том 2 (СИ)

Подлинную память о них, похоже, не сохранил даже монашеский орден драконопоклонников, настолько давно почти все ящерки были истреблены.

— Что он говорит тебе? — шепотом спрашивает Лилиана.

— Он не говорит в общепринятом смысле, — отвечаю я, исследуя окрестности замка на наличие тех, кто способен нам помешать. Мы сразу решили, что если наткнемся на кого-то из драконов, то немедленно уберемся отсюда, чтобы не рисковать лишний раз.

Но пока все тихо. Карета, в которой мы с Иосом и Лилианой прячемся, чтобы я могла сохранять связь с Клинком, не привлекает никакого внимания. Мало ли разных карет здесь проезжает и останавливается…

— Кажется, он кого-то нашел.

Я вижу, как Клинк останавливается на одном из верхних этажей башни. Его сердце начинает колотиться все быстрее. Я чувствую, что он пытается что-то передать мне и напрягаю все свои нити, сосредотачивая их в одной точке, в той точке, где сейчас ящерка.

И вдруг вижу неясный образ грязной тюремной камеры с человеком, согнувшимся над каким-то ведром.

От Клинка исходит эмоция опасности, он, словно бы пытается что-то сказать мне, но не может и от этого злится.

Я пытаюсь успокоить его, но от этого он злится еще больше. Он подбегает поближе к узнику и я начинаю видеть того более отчетливо.

Изодранная одежда, заросшее лицо и спутанные длинные волосы. На лице печать застывшей боли и злости. Он смотрит в темноту и что-то говорит, но я не могу расслышать. От того, что я вижу, мурашки пробегают по спине. Я знаю его, точно знаю. Неужели это и есть мой истинный?

— Кажется, я вижу кого-то… — говорю я. — Но я совсем не чувствую его нитей, ведь он же дракон? Он же должен обладать силой. Не могли же они отобрать ее всю?

— Они знают способ, — говорит Лилиана. Они погасили в нем силу с помощью чего-то. Попробуй помочь ему разжечь огонь внутри. У тебя должно получиться.

Вдруг Клинк выпускает струю пламени, уничтожая ведро с жидкостью, которую только что пытался выпить узник.

— Что ты делаешь? — спрашиваю я, не понимая, что нашло на ящерку. — Ты же ранишь его!

И Клинк, захлебываясь в образах, тщательно подбирая картинки, пытается объяснить мне, что он избавил узника от смертельной опасности.

Я ничего не могу понять, но мне остается только верить, раз уж он это сделал, наверное, у него были на то причины.

— Хорошо, хорошо, — говорю я. — Ты видишь кого-нибудь еще?

Клинк перемещается, пробегая по стене, бросает взгляд на узника и покидает камеру, в которой тот находится, перебегая в следующую, а за ней, в другую.

Я же в это время, следя за ящеркой, лихорадочно пытаюсь проникнуть в сердце Каэна, чтобы разжечь в нем хотя бы одну нить, которая поможет ему выбраться. Я понимаю, что времени у нас не много и шанс всего один. Потому что казнь назначена на завтрашнее утро.