Измена. Тайная малышка от бывшего мужа (СИ)

— Не выдумывай, — его сильные руки сомкнулись на моей талии, а уже через миг я сидела на столе лицом к мужу. — Ты же знаешь, что я люблю только тебя.

Я закусила губу, прислушиваясь к своим ощущениям. Вот вечно он так! Стоит Руслану ко мне прикоснуться и вся моя злость сходит на нет! Сразу теряю рассудок.

— Руслан, ну не здесь же, — хихикнула я в плечо любимого мужа, а сама уже подставляла шею для его поцелуев.

Кто там говорил, что страсть после свадьбы сходит на нет? Мы уже год как женаты! И мой муж любит меня как и прежде! Даже сильнее!

— Почему не здесь? — промурлыкал в ответ. — Думаешь, кто-то зайдет? И, о-о-о… уволит меня?… А, нет… подожди… Кто же меня может уволить? Это же моя фирма.

Я засмеялась, и обвила его шею руками.

— Вообще-то я тебе обед принесла. Котлетки. Домашние. Как ты любишь.

— Ты мой обед, — прорычал он, заводясь еще больше. А пальцы стиснулись на моих бедрах.

Мысли тут же захлестнули воспоминания нашей сегодняшней ночи. О, как он хорош! Как я обожаю это сильное поджарое тело! Как схожу с ума, когда он ко мне прикасается! Как улетаю, когда он так голодно смотрит!

— Моя идеальная девочка… — приправляет любимый голодный взгляд комплиментом.

И я смущаюсь. Щеки краснеют. Реснички трепещут. Робко опускаю взгляд ниже — на расстегнутый ворот его белоснежной рубашки, и…

Умираю в моменте.

Потому что на воротничке красуется след от алой помады.

2

Кажется, будто кто-то зарядил мне под дых, сломав пополам. В сердце впиваются миллионы острых иголок. Душу закручивает в тугой жгут, выжимая из нее ядовитые капли ревностных чувств.

А Руслан продолжает меня целовать. И я по инерции подставляю ему свою шею, уже понимая, что внутри что-то с треском разбилось.

Моргаю, словно в замедленной съемке, и перехватив его за запястья, отстраняю от себя руки любимого мужа.

— Ты чего? Побледнела вся, — тут же подмечает детали.

Он всегда все подмечает.

Не то что я. Даже этот след от помады не сразу заметила…

Сглатываю сухим горлом, не отрывая глаз от воротничка белоснежной рубашки. Пытаюсь встать на ноги, но колени подкашиваются, и приходится взяться за стол, чтоб не упасть.

— Саш?…

— Это… — тычу пальцем в него. — Это что, Руслан?

Он вертит головой, силясь себя оглядеть. Оттягивает ворот рубашки.

— Руслан. — Мой голос потерян, а в кабинете повисает гробовое молчание.

Муж не отвечает. Бросается к примыкающей к кабинету личной уборной. Оттуда я слышу как льется вода из-под крана.

Зачем он пытается это очистить? У него же в офисе всегда есть запасная рубашка.

Я слепо пялюсь на дверь, часто моргая. Пока Руслан вновь не показывается из-за нее, на ходу расстегивая рубашку.

Как ни в чем не бывало, открывает дверцу шкафа, и снимает с вешалки другую рубашку. Эту кидает небрежно.

— Спасибо, что сказала.