Измена. Вторая семья мужа

— Дети — это самое большое счастье, — улавливаю грусть в его словах. Нечто личное, что он не успевает спрятать.

— У вас есть дети?

Едва язык не прикусываю. Куда я лезу и зачем? Но желание узнать больше о странном стоматологе движет мной. А еще… не хочу уходить. Даже жаль, что он так быстро справился."

"— Есть, — опускает взгляд и продолжает писать. Вопрос задевает что-то болезненное, сразу чувствую исходящий запах грусти от него.

— Простите, — поднимаюсь с кресла.

— Все нормально, Валерия, — теплые слова проходятся по коже.

Николай Владимирович снимает маску, и я бесстыдно его рассматриваю.

Пытаюсь себя одернуть в который раз. Что я творю?

У него очень волевое лицо, глаза кажутся теперь еще больше, четкий контур ярких в меру полных губ, темная аккуратная щетина, немного широкий, прямой нос. Ему бы в рекламе сниматься, почему-то приходит абсолютно дурацкая и безумная мысль.

— Спасибо, вы действительно профессионал, ваша помощница не соврала.

— У нас к клинике лучшие специалисты. А я уже редко любимым делом занимаю. Погряз в бумажках, расширении бизнеса, финансах, — говорит с горечью.

В глазах гаснут золотые вкрапления.

— Она говорила, что вы владелец. Я и удивилась, что в выходной день ведете прием пациентов.

— А что мне еще делать, когда бывшая жена сегодня выходит замуж за моего брата, — выдает нарочито бодренько. — Рабата часто спасает.

— Сочувствую, — говорю ошарашено. — А мне муж с сестрой изменил, узнала, когда из роддома приехала, — выдаю про себя информацию.

Снова не планировала, но слишком его горе во мне отзывается.

— Вот это да, — он тоже удивлен, глаза немного расширяются. — Тогда вы все понимаете. Но все равно, странно… ммм… непонятно.

— Что? — хмурюсь.

— Как можно изменять такой шикарной женщине? — в его глазах вновь появляется золотой блеск.

— Скажете тоже, — чувствую, как щеки мгновенно становятся пунцовыми. — Но за комплимент спасибо.

— Не комплимент. Правда.

Мне хочется ответить, что тоже не понимаю его жену, но тут уж я себя сдерживаю.

Я уже зашла за рамки. Но мне отчего-то с ним очень просто. В разговоре и с ним испаряется тяжесть прошедших дней.

— Валерия, вы не сильно торопитесь?

— К чему этот вопрос?

— Хотел пригласить вас прогуляться. Тут за углом есть очень уютное заведение, — его голос действует на меня как бальзам. Раны на сердце перестают болеть.

— А как же ваша работа?

— А мы недалеко, если что, меня вызовут, — подмигивает и так очаровательно улыбается, демонстрируя две симметричные ямочки на щеках.

— Зачем вам это, Николай Владимирович? — спрашиваю осторожно.

Потому как никаких приключений мне точно не надо. Да и дочь дома. Конечно, Светлана за ней присмотрит, но я и сама не хочу оставлять Аришку надолго.