Измена. Счастье вопреки

Первой тишину решается нарушить Юля.

— Но, Катюнь, когда? — на что я могу лишь беспечно пожать плечами.

Что я могу ответить на это? Я сама не знаю когда, меня просто поставили перед фактом, в тот самый злополучный вечер, когда я уехала к маме. Ни за что бы не поверила, если бы не увидела штамп в паспорте. Черной краской на четырнадцатой странице явно значилась запись: “Зарегистрирован брак… Синицына Екатерина Александровна…”.

Мое имя, моя дата рождения в его паспорте. А мой паспорт. Эх, а мой где-то так и остался лежать в недрах некогда нашего с Димой дома.

Правда, сейчас я не уверена, не стоит ли и там штамп с фио Димой

Владимир нахмурился и молчит, сурово шевеля желваками.

И во всей этой ситуации я почему-то чувствую себя виноватой.

На глазах наворачиваются слезы, когда в голове, словно на повторе начинает звучать голос Димы: “Мы теперь женаты, ты никуда от меня не денешься”. Зачем я ему вообще? Есть же у него какая-то женщина, с которой он не постеснялся развлечься в мой день рождения.

— Я не знаю, — всхлипываю, пытаясь подобрать слова покороче. Коротко такую ситуацию не опишешь. — Он показал паспорт.

— Да как?! — снова сокрушается Юля, — Как это возможно. Без твоего ведома?

Я лишь киваю и прячу лицо в ладони. По щекам бегут ручейки слез. Вздрагиваю от неожиданного прикосновения теплой мужской ладони к моим рукам. Владимир нежно отстраняет мои руки от лица, вытирает слезы, которые и не думают останавливаться. Нежно берет мое лицо в свои ладони, а я стыдливо пытаюсь прятать глаза.

— Посмотри на меня, — властным тоном произносит Владимир. — Посмотри, — повторяет уже мягче.

Я смотрю. Смотрю в манящую глубину темных глаз, в эту бездну, что поглощает и притягивает меня.

— Мы со всем разберемся, — я неуверенно киваю."

"Пока мы едем в обратном направлении, Владимир, Максим, Беркут и Юля обсуждают план дальнейших действий. Я периодически согласно киваю, либо отрицательно мотаю головой. Совместными усилиями было решено для начала вытащить мой паспорт из нашего с Димой дома.

Юля порядком удивляется, узнав, как мы с Владимиром познакомились, что я практически кинулась ему под колеса, спасаясь от Димы.

Владимир кратко пересказывает, что Дима достаточно сильно их подставил и он уже тогда подозревал, что этот мерзавец выкинет что-то подобное, как вчера. Поэтому Владимир, как истинный джентльмен, не придумал ничего лучше, чем просто увезти меня. Если бы он знал, что я подруга Юли, то решил бы вопрос по другому. Да и вообще он опасается за мою жизнь.

На мое молчаливое удивление, оказалось, что Дима широко известен в определенных кругах как мужчина весьма падкий до “женской груди”.