Измена. Развод. Моя (не)случайная беременность (СИ)

Тот бил её смертным боем. Я просил её уйти. Даже подрался с её сожителем. Но мне было восемнадцать. Ему под тридцать. Я попал в больницу с переломами. И уже Нонна умоляла меня не лезть в её семью. Говорила, что любит его."

"Илья замолчал. Горечь залегла в уголках его губ и притаилась в морщинках у глаз.

– И однажды один из ударов оказался последним, – пробормотала я, содрогаясь. Вспомнила его слова в клинике.

– Да, – кивнул он и ожил, обнял меня за плечи. – Ну, что ты, девочка, что ты?.. Я не хотел тебя напугать.

А я всё равно дрожала, переживая и представляя тот ужас, что пришлось пережить не взрослому и самодостаточному Илье Рейнеру, а мальчику Илюше, вчерашнему школьнику. Почти такому же, как дети, которых я учу.

– Я хотел, чтобы ты понимала. И чтобы не боялась. Мне уже не восемнадцать и не девятнадцать, и я смогу тебя защитить.

– Он не… – покачала я головой и прокашлялась: голос неожиданно сел. – Вадим никогда не бил меня. До того дня. Тогда – первый раз. Я не думаю, что он сделает это снова.

– Сделает, не сделает… Он уже поднял руку. Может, тяжело первый раз. А потом становится легче. Я не знаю. Не могу этого ни понять, ни оправдать. Мужчина не должен обижать женщину. Тех, кто слабее. Тиранить не имеет права. Ставить условия, вымогать. Требовать. Расставлять ловушки. Выгонять из дома.

– Я ушла сама, – покачала головой. – Я бы ушла, даже если бы он меня не ударил. Были… другие обстоятельства. У нас, у женщин, тоже есть то, что не каждая может простить. Я знаю: кто-то может смириться. Глотнуть предательство, обиду и жить дальше. Я оказалась не из их числа.

– Всё ты правильно сделала, девочка, всё правильно, – снова коснулся он моих волос.

Я подняла глаза. Мы столкнулись взглядами.

Илья молча просил. Спрашивал. Ни одного жеста не сделал, чтобы дать понять… Но я и без того чувствовала, чего он хочет.

Я закрыла глаза и потянулась к нему. Чтобы утешить. Чтобы разделить его боль. Точно так же, как и он ранее вливал в меня свою силу, я хотела немножко помочь ему. Оплакать утрату. Ту, что не уходит, а сидит занозой в сердце.

Глава 38-2

К счастью, я не теряла близких. Оказывается, я очень богатая. И это не деньги. Это семья, в которой не было потерь, предательства и болезненных разочарований. Как и у всех, у нас бывали не лучшие времена и сложности, которые мы преодолевали вместе.

Илья поцеловал меня. Осторожно, очень нежно его губы коснулись моих.

Чуть крепче стали объятия. Чуть глубже поцелуй.

Он зарылся пальцами в мои распущенные волосы, гладил виски и словно не мог оторваться. А мне так спокойно и волнительно одновременно. Будто я попала под очень прочную крышу, что спасёт меня и от дождя, и от ветра. И вообще – от всех передряг, что ещё не однажды со мной случатся.

Я слышала его низкий стон, что врывался вибрацией прямо в губы.