Измена. Развод. Моя (не)случайная беременность (СИ)

Но ради Анны я ещё и не то готов был вытерпеть.

Анаконда встречала меня в вестибюле. Ждала. Видимо, напялила парадно-выходной костюм – пиджак, блузка, узкая юбка, туфли в тон.

– Боже, кто к нам пожаловал! – кинулась она ко мне буквально с распростёртыми объятиями на полусогнутых ногах.

Выглядело это смешно.

– Добро пожаловать, Илюша, в родные стены!

– Здравствуйте, Анна Кондратьевна, – поцеловал я ей церемонно ручку и, понизив голос, душевно порекомендовал: – Илья Эдуардович, пожалуйста. У меня статус. Сами понимаете.

Анаконда пошла пятнами, но кивнула, давая понять, что услышала и поняла.

– Ну, что ж мы стоим у порога? – засуетилась она. – Пройдёмте ко мне в кабинет!

– Одну минуту. А где тут у вас кабинет Майской Анны Романовны?

Анаконда позеленела. Эдакая Змея Змеёвна – зелёная в розовые пятнышки. Цвет был ей не к лицу. Губы в шнурочек, глазки заледенели. Как очки инеем не покрылись – одному чёрту известно.

– М-э-э-э, зачем вам? – проблеяла она козлиным голосом, что дал петуха.

– Распоряжусь, чтобы моя бригада – а я с собой свою бригаду привёл – вынесла мебель и начала устанавливать лингафонный кабинет. Время – золото.

– Илья Эдуардович, – выдохнула она, как огнедышащий дракон, – видимо, вас ввели в заблуждение. У Майской не самый лучший кабинет, чтобы туда устанавливать такое отличное оборудование.

Я окинул её насмешливым взглядом и покачал головой.

– Насколько мне известно, Анна Кондратьевна, кабинеты в школе ничуть не отличаются друг от друга. Почти все одинаковые. Ну, разве что где-то чуть лучше, а где-то чуть хуже ремонт. Что, согласитесь, никак не повлияет на то, что мои ребята установят. А я приобрёл для родной школы лучшее: самые крутые ноутбуки, наушники, программное обеспечение, интерактивную доску и специальную мебель.

Я перечислял всё это с величайшим наслаждением и для убедительности потряс кейсом, где лежала документация на этот чёртов камень преткновения.

– Мне позвонить Майской или вы сами скажете номер кабинета?

– Триста четырнадцатый! – буквально прорычала Анаконда почти не разжимая губ.

– Прекрасно! Третий этаж, значит.

А потом я всё же набрал Анну.

– Добрый день. Вы на месте, Анна Романовна? – я буквально обласкал её словами. Мне доставляло это удовольствие. Нет, двойное удовольствие: краем глаза я наблюдал, как меняется в лице Анаконда Листьева. – Сейчас к вам подойдут мальчики. Не обижайте их, пожалуйста. Они хорошие. Вынесут мебель и установят лингафонный кабинет.

Ребята мои отправились на демонтаж и монтаж, а я широко улыбнулся Анаконде. Так, что аж щёки заболели.

– А теперь, Анна Кондратьевна, я весь ваш!

– Прошу! – махнула она рукой в сторону приёмной и пошла вперёд, ведя меня за собой, как вождь.