Измена, развод и прочие радости

– Спиридонов, у тебя просто проклятые носки, – заметила я, когда стрелка часов передвинулась ещё на полчаса.

– Наташенька! – вскрикнул Василий, выпрыгивая из-за стола. Так, что оный чуть не придавил мне ногу. Я рассудила, что так выглядит карма, но потом забила на намёки судьбы и во все глаза вытаращилась на мечту поэта.

Натали оказалась светловолосой миловидной девушкой. Образ портила некоторая нервозность в движениях: хрупкие тонкие пальцы вечно дёргались и заламывались, взгляд она не поднимала из-под ресниц, и если я удостоилась короткого кивка, то на Мишу она старательно не глядела.

– А как вы познакомились? – разрядил обстановку супруг.

– Вася был таким обаятельным. – Я сомневалась в возможностях Спиридонова кого-то обаять, разве что гладильную доску. – Он читал мне Бродского…

Я наклонилась за нелепо уроненной ложкой, столкнулась лбом под столом с благоверным и зло зашептала:

– Вот видишь, ей он читает Бродского, а мне приходится выслушивать его корявые пасквили.

***

Наташенька комкала в ладонях салфетку. Спиридонов разливался трясогузкой, хоть и обещал не читать стихи. Но где обещания и где воздержание трёхгодовое? Когда миловидная блондинка со строгим пучком на голове нерешительно удалилась в дамскую, моё любопытство разразилось арией на тему, что она здесь не по своей воле и её принудили, отконвоировав до дверей кафе.

– Ты же не хотела приходить… – сказала я своему отражению в зеркале, что висело в туалете над раковинами. Девушка затравленно уставилась в него же.

– Меня маменька заставила. Она сказала, что негоже так поступать. Если ничего не можешь обещать кавалеру – скажи ему в лицо…

Что-то мне подсказывало, что вот с этой самой маменькой я бы нашла общий язык, но что делать с Наташенькой, не представляла. С одной стороны, Спиридонов тот ещё киндер-сюрприз, но с другой… Как-то обидно стало.

– Понимаете, он такой трепетный. – Она дёрнула бумажное полотенце. – Заикается, стихи читает… Но совершенно не приспособлен к жизни…

Это точно. Вспомнилось, как будучи у нас в гостях он орал на чайник, чтобы тот начал греть воду, потому что кнопки не нашёл. А то, что она была сенсорной, не его проблемы. Или как свалился в дачный сортир у своей бабки. Перелом руки. Но это не помешало ему с ретивостью бронетранспортёра ваять одной левой свои вирши.

– Вот вы как познакомились с супругом?

– Он засунул мне деньги в декольте, – на автомате отозвалась я, выныривая из воспоминаний.

– И тогда вы влюбились?

– Нет, тогда я решила доказать, что стою дороже…

– И не пожалели?

– Лучше сделать и жалеть, чем не сделать…

Я запрыгнула на мраморную столешницу раковин, подогнула под себя ногу и закурила. Захотелось пофилософствовать.