Измена. Простить, отпустить, отомстить?

Глава 52

Если бы мне заранее показали этот вечер, то я бы подумала, что такого не может быть. Потому что не может быть все так плохо."

"Вместо красивого макияжа – наспех подведенные глаза и красный от слез нос.

Вместо такси бизнес класса то, которое приехало быстрее. И теперь ржавая Лада царапала брюхом землю и кое-как везла нас к ресторану. А водитель заливисто ругался на каждого пешехода, будто тот ему кровный враг.

Вместо крепкого мужского локтя я чувствовала холод детской руки.

«Все будет хорошо, мамочка?» - испуганно спрашивала Тома.

«Все будет отлично», - врала ей я.

Вместо «Долго и счастливо» получилось «быстро и печально».

Вместо «Любимая» на языке вертелось «Дура».

Вместо «мы» стоило привыкать снова говорить «я».

- Мам, - протянула Тома, но я не стала ее слушать.

- Давай, милая, осторожно перепрыгни лужу, а то туфли запачкаешь.

Странно, но на свои туфли я при этом не смотрела. Единственное что радовало, я в принципе додумалась их обуть. Потому что с пальто этот фокус не прокатил. Только на улице, стоя перед рестораном, я поняла, что черное кашемировое пальто, купленное специально для этого дня, осталось дома.

И черт с ним. Мне все равно не было холодно. Жар тугими волнами растекался по телу, накатывая вновь и вновь. Наверное, у меня температура. Или горячечный бред. Потому что первый, кого я увидела, оказался Тимур.

Я дернулась вперед, тащя за собой Тому, толкнула кого-то, перешагнула через клумбу, раздвигала локтями толпу людей, чтобы через секунду столкнуться с… каким-то лысым мужиком. Не моим, чьим-то чужим.

- Простите, - он вежливо протянул мне сигарету, думая, что именно за ней я так мчалась через весь двор.

Я автоматически взяла и сжала ее в руке, так крепко, что на асфальт упало несколько лепестков табака.

Ну вот, теперь и руки будут плохо пахнуть.

- Мам, пошли внутрь, тут холодно.

Голос Томы вернул меня обратно в реальность. Паршивую, но другой у меня больше нет.

Зато есть это.

Огромный ресторан за городом. Отец закрыл его только под наш банкет, чтобы никто посторонний, включая журналистов, не смог прийти. Это было особое пожелание свекра. Нечего злить простой народ тем, как развлекаются люди у власти. Собственную репутацию Савранский берег пуще Кощея. Ни единой фотографии с тарталеткой с черной белужьей икрой не должно была просочиться в прессу. Достаточно тех с утреннего приема в клинике, которые мы разрешили снять. Настоящий прием настоящих больных начнется только завтра, и об этом уже в интернете не напишут. Как не напишут и о нашем скромном ужине с шампанским, салютом и Лепсом в качестве приглашенной звезды.

Ненавижу Лепса. И все остальное тоже ненавижу.

Прикрыв глаза, я досчитала до пяти. Хотела немного прийти в себя и только потом открывать тяжелую дубовую дверь, но меня опередили.