измена, предательство, очень эмоционально, развод, сильная героиня, героиня сорок плюс

Карина

- Вызови скорую, полицию, кого угодно! - ору Косте, с трудом поднимаясь на ноги.

Десятки глаз сверлят меня со всех сторон. Кто-то снимает видео, кто-то фотографирует.

Я хочу провалиться сквозь землю, раздавленная унижением, как ничтожная букашка, на потеху всем приглашённым.

Как теперь идти в универ?

Что я скажу друзьям?

Сволочи.

Особенно отец. Это же надо – поднять руку на единственную дочь!

- Костя, я хочу снять побои. Здесь полно свидетелей. Не стой, как столб, организуй помощь!

- Угомонись, - хватает за руку. - Решила еще больше опозориться?

Я поворачиваю голову и вижу Кристину.

Она спешит к лестнице, прижимая к себе мое платье.

Вот она, Иуда.

Тая никогда бы не пошла искать меня на второй этаж. Бабушка и отец – тем более.

Это дело ее рук. Пакостливая, завистливая мразь.

- Карина, что случилось? - подбегает подруга Оля. - За что они так с тобой?

- Не знаю. Ничего не понимаю, - закусываю губу.

Устраивать вечер покаяний не намерена. Точно не сейчас.

- А вечеринка вообще будет? Чет не понял, - встревает пьяный однокурсник Антон. - Я кучу бабла потратил на букет и подарок. Где веселье?

- Уходите! - кричу на весь коридор. - Костя, сделай хоть что-то... - на ватных ногах возвращаюсь в комнату.

На полу валяются кулон и мамино кольцо.

С ума сойти.

Тая просто слетела с катушек. Вот тебе и мать-одуванчик, невинная безмолвная лань.

Да она настоящая фурия! Завистливая, злобная мразь, скрытая за маской благовоспитанной женщины-паиньки. Даже в самых диких фантазиях, я не могла представить, что она на такое способна.

Да ее в психушку пора упрятать!

- Расходимся, - раздается голос отчима. - Праздник завершён.

- А это правда, что ты пялишь Каринку? Свою падчерицу, - не унимается Антон.

- Проваливай, говорю! Сейчас дотрындишься!

- Ой, ли. Судя по расквашенному носу, дать тебе по хребту – плевое дело, дедуль.

Нервы на пределе.

Я хватаюсь за голову, руки непроизвольно сжимаются в кулаки, и, не в силах больше сдерживать ярость, визжу во весь голос.

Это мой праздник. Мой день. Мой триумф."

"Я столько готовилась: похудела, купила дорогое платье, потратила кругленькую сумму на аренду коттеджа и закуски с алкоголем. Разрекламировала друзьям-мажорам торжество, как нечто особенное, и что теперь?

Утыкаюсь в подушку и рыдаю.

- Сама виновата, - гремит недовольно Константин. - Я предупреждал, что секс в доме, где собрались гости, не только рискованный, но и абсолютно неуместный.

- Как она могла, Костя? Как? Я же её дочка. Любимица.

- Ты прикалываешься, или реально дура? - его взгляд беспощадный, холодный.

- Мужиков полно. Хорошо, разозлилась, но зачем драться?

- В принципе, так и есть. Мужчин вокруг — на любой вкус. Она меня легко заменит. Но ты её дочь. Подобное предательство куда страшнее измены. Потому что мать — одна.