Измена. Предательство (не) прощается

Я улыбаюсь, чувствуя, как её сердце начинает биться быстрее. Его комплименты, простые, но такие непринуждённые, оказывают странное, почти обворожительное действие.

— А я тебя помню весёлым хулиганом, — шучу я. — Ты всегда умел устроить что-нибудь этакое, чтобы сорвать урок. И меня все время дергал.

— У тебя были такие милые косички, что трудно было удержаться, — смеется.

– Здесь делают просто шикарные гребешки. Любишь морепродукты?

— Не хочу показаться грубой, но нет. Вот рыба – это прям мое любимое. Хоть печеная, хоть соленая…

— Прости, одну минуту, — мужчина достаёт из кармана вибрирующий телефон и отвечает на звонок. — Слушаю…

Я смотрю на белое вино, но делаю глоток сока из стакана и невольно думаю о том, что надо было все-таки брать такси. Хотя, судя по внезапным приступам тошноты, мне бы не мешало сходить к гастроэнтерологу. Потому что, мне это совсем не нравится. Боюсь, как бы на нервной почве язву какую-нибудь не заработать. Помню, как Андрей мучился, с приступами гастрита... Больно было смотреть.

Мои мысли прерывает официант, который приносит тарелку с устрицами и лаймом и черной икрой.

— Я сейчас не готов это обсуждать. Давайте в рабочее время, — говорит в трубку Сергей. — Я видел тенденцию роста, — Сережа кивает мне показывая на тарелку, мол, кушай.

Беру раковину, и чтобы не показаться невоспитанной и неблагодарной, кладу её себе на тарелку.

— Брось всю информацию на электронную почту. Я посмотрю и отпишусь, — Сергей завершает разговор Андрей и откладывает телефон в сторону.

— Работа? — улыбаюсь ему.

— Которая никогда не заканчивается, — качает головой.

Дальше мы болтаем о разных мелочах. Сергей рассказывает о своих недавних поездках за границу. Спрашивает мне о том, как давно я была на море, а я смотрю на него и думаю о своем бывшем муже. Ну что со мной не так? Почему этот обаятельный, умный, симпатичный мужчина не вызывает ровным счетом ничего? Мне даже флиртовать с ним не хочется. Зато я думаю о том, как вернусь домой и буду перед Андрее играть спектакль на тему «самая счастливая женщина в мире».

Больная. На всю голову прибитая. Мысленно ругаю себя самыми последними словами за то, что никак не могу выбросить из головы бывшего.

Беру в руки хрупкую раковину с устрицей, стараясь не выдать внезапную волну тошноты. Мое лицо сохраняет вежливую улыбку, но под этим скрывается явное усилие — от одной только мысли о том, что предстоит проглотить это, желудок скручивается ещё сильнее. Бросаю быстрый взгляд на Сергея, который, не замечая моего дискомфорта, довольно поглядывает на блюдо, явно наслаждаясь моментом. Отвожу взгляд, делаю глубокий вдох и, в попытке не показаться невежливой, подношу устрицу к губам.