Измена. Предателей не прощают (СИ)

Руки, которые некогда меня уже не обнимут и не прижмут к себе.

И я начинаю говорить. Сначала сбивчиво, потом все быстрее и быстрее. У моих глаз оказывается платок, и спустя минуту, я уже некрасиво шмыгаю носом. Через какое-то время уже громко сморкаюсь в салфетку и все говорю, говорю. Не замечаю в какой момент вообще оказываюсь на груди Елизаветы Ивановны, и она гладит меня, чтобы успокоить.

- Как-как? - переспрашивает она меня и хохочет, - клейстером?!

И я хохочу вместе с ней, пересказывая в красках всю историю. Из меня потоком льются слова про мужа, квартиру, подписанные документы; Ленку, наше детство, как остались с ней вдвоем; про угрозы от мужа и его выходку с карточками. Про все, кроме малыша. Эту тайну я еще не готова открыть никому.

Наконец я чувствую, что поток моих слов прекращается и я умолкаю.

- Девочка моя, - шепчет Елизавета Ивановна, - как хорошо, что ты вовремя поняла, с каким чудовищем жила и как хорошо, что вас больше нечего не связывает!

Я невольно касаюсь рукой пока еще плоского живота и кажется этот жест не ускользает от ее внимательного взгляда.

- Итак, - она забрасывает ногу на ногу, - Я очень рада, что ты здесь! Как хорошо, что ты согласилась принять помощь Алеши. – вдруг ее глаза делаются колючими. – Такие вещи прощать нельзя! Я как женщина тебя понимаю. Ты не хочешь их проучить?

- Уже второй человек из вашей семьи спрашивает меня о мести, - смеюсь я, - а вы выходит страшные люди!

- Нет, - совершенно серьёзно отвечает Елизавета Ивановна. – Мы добрые люди. Но добро, как известно, должно быть с кулаками. Хм… Помню по молодости загулял у моей подруги муж, так мы ему во все нательное белье перца насыпали и прогладили утюгом хорошенечко, он, ходил, чесался, плакал, а мы сказали, что бывшая его «наградила» чем-то. Ну тогда другое время было, разводы тяжело шли. Сейчас в ваше время полегче.

- Да, - соглашаюсь я. – Очень хочется появиться завтра на пороге этого ресторана во всей красе и утереть им носы. Алексей заодно предложил поднос об голову мужа разбить.

- Поднос - это хорошо, - смеется Елизавета Ивановна, - но он может увернуться. А тебе вот что могу предложить, - заговорщицки подмигивает мне женщина и открывает ящик комода, - есть у меня капельки рецептурные, в моем возрасте иногда приходиться по две-три принимать, но, если добавить мужу около десяти капель в еду в ресторане, он будет летать до туалета и обратно, быстрее ветра. Держи!

Она протягивает мне пузырек.

- Спасибо, вам, Елизавета Ивановна, но у меня уже есть пара мыслей! – отвечаю, вертя в руках лекарство.

- Расскажешь? – наклоняется она ко мне.

Спасибо за вашу поддержку. Продолжение уже завтра

Глава 22. Алексей

Я давно отвык от больших шумных вечеров. Нет, Васька, конечно у нас любит зажигать, но сегодня все было как-то иначе. По-семейному что ли.