Измена. Право на обман

Вторая молодость

Через пару дней мама тащит меня на встречу с подругой на ее дачу. Она буквально врывается ко мне в бутик, хватает за руку и тащит за собой:

— Нам надо развеяться! Ты на машине, а такси до Клавки и ее дачи выльется в копеечку.

— А папа?

— А папа отморозился, — недовольно фыркает.

— А Денис? Мне его надо забрать.

— Вот наш папа его и заберет.

— Мам, — вырываю руку. — Вызывай такси. Я оплачу. И туда, и обратно.

— Тебе будет полезно побыть на свежем воздухе, — сердито разворачивается ко мне. — Посидим, салатики покушаем, поболтаем. Ева, — хмурится, — составь мне компанию, пожалуйста.

И тут же бровки домиком складывает. Терпеть не могу, когда она так делает, потому что отказать не могу.

— К вечеру вернемся?

— Вернемся.

И лучше бы я маме в этот раз отказала. Она хитростью заманила меня не только к своей подруге, но и к ее сыну, который, сюрприз-сюрприз, тоже в разводе и внезапно вернулся из-за границы. И решил мамуле помочь на даче с грядками.

Вот сидим мы все за круглым столом на просторной солнечной веранде, и я хочу этот самый стол перевернуть. Никаких претензий у меня к Семену нет, потому что он тоже немного обескуражен происходящим. Кстати, ничего примечательного в нем нет. Ему тридцать восемь лет, полноват, уже начал лысеть. Возможно, в прошлом занимался спортом, потому что шея крепкая, а плечи широкие, но жирком все-таки заплыл.

— Она у меня умница… — мама по второму кругу начинает меня расхваливать, а меня тошнит.

Она думает, что мне одиноко и что я очень боюсь остаться без мужика, а я не об этом страдаю. Я сегодня около часа провела в туалете торгового центра, выблевывая завтрак со слезами обиды и жалости к себе. Я даже не могла позвонить Саше, виновнику всей этой ситуации, и поплакаться, какая я бедная и несчастная, потому что гордая. Да, мне одиноко, но одиноко без бывшего мужа, ведь он отец моего ребенка. Это он должен заботиться обо мне, а не левый мужик.

— А вот Семен удачно закрыл переговоры с австрийцами… — Клавдия подхватывает словесную эстафету.

Будет ли у меня другой мужчина? Нет. Я осознаю, что мои дети никогда не станут родными для другого человека, которому будет не очень комфортно в семье, ведь Саша будет участвовать в нашей жизни. А как будет моим детям? А мне?

Мужчины эгоисты. Все до единого. В большей или меньшей степени. Все эти уничижительные “женщина с прицепом” и “разведенки” родились из мужских уст. Да, редкие экземпляры могут проникнуться великой любовью и принять чужих детей, однако не в моем случае. Саша этому помешает. Неспециально. Он будет частью жизни своих детей, будет напоминать, что он здесь отец и что в моей жизни был другой муж. Любимый муж, а это будет бить по эго моего нового избранника.

И я вполне могу себя поставить на место мужчины.