Измена. Право на любовь (СИ)

Видимо, Артур ожидал отказа, потому что он в изумлении моргает. Секунду медлит, делает шаг и кладет руку на живот. Поднимает взгляд. Время замедляется и, кажется, что тепло от ладони Артура проникает через кожу, мышцы внутренности и коконом вибрирует вокруг будущего человека.

— Не знаю, Вита, но я его чувствую, — шепчет Артур. — Или ее. Неважно…

— Я думаю, что надо с твоими родителями поговорить, — сипло отзываюсь я. — Я с Татьяной Михайловной после того разговора так и не побеседовала нормально. Она звонила, извинялась, а я…

— Я тоже уходил от этого разговора, потому что ждал твоего решения, — Артур мягко улыбается. — И удивительное дело, она не навязывается.

— В засаде сидит, — с губ срывается смешок.

— Я хочу тебя поцеловать…

— А это уже лишнее, — хрипло отвечаю я.

— Понял, — Артур не моргает. — Но я должен был это сказать.

Медленно отступаю:

— Я пойду, а тебе еще ребят развозить по садикам и школам.

— Мы сегодня встретимся с моими родителями?

— Да, — киваю и скрываюсь за поворотом, а сердце бьется о ребра отбойным молотком. — Сегодня.

Глава 54. Мыслями быть рядом

— Воронцовы хотят пойти на примирение, — голос Игоря в динамике телефона уставший.

— Да я в курсе, — Артур не сводит взгляда с дороги, — он пытался и со мной договориться лично.

— Когда? — удивляюсь я.

— На днях приходил в офис, — Артур вздыхает. — Еще упрашивал, чтобы ты встретилась с ним, его дочерью и женой, которые невероятно сожалеют о своей тупости и готовы лично принести извинения.

— Да сдались мне их личные извинения.

— Они уже опубликовали в сети посты о том, что были не правы, — Игорь что-то жует.

— Видела я их посты, — закатываю глаза.

— Воронцов против судебного разбирательства, — продолжает Игорь, — потому что он, похоже, метит в депутаты. В политику потянуло… Заверяет, что не знал о том, что его дочь и жена устроили травлю. Был не в городе и занимался сделками. Короче, дочь и жена скандалистки, на которых заведено дело, усложнят его жизнь.

— И, похоже, Кабанов знал о его планах, — обиженно усмехаюсь я и смотрю на Артура.

— Возможно. Его юристы настаивают на том, чтобы все довести до суда, однако именно вы, Вита, тут самая пострадавшая сторона. Все дело держится именно на клевете против вас, — Игорь жует, что-то пьет и опять жует.

— Что ты там ешь? — не выдерживает Артур.

— Торт, — честно отвечает Игорь. — Простите, я просто целый день на ногах и только с утра успел позавтракать.

— Вы хотите меня отговорить от суда? — сердито спрашиваю я.

— Нет, я должен уточнить, вы хотите идти на примирение сторон?

— Нет, не хочу. А Воронцову стоит не только сделками заниматься, но и жену с дочерью воспитывать, но раз он прощелкал этот момент, то пусть разгребает последствия, — хмыкаю я и уточняю, — а какой у вас торт?

— Шоколадный и с орехами.