Измена. Право на любовь (СИ)

— Я отвезу тебя домой, — повторяет Артур, внимательно прищурившись. — После я встречусь с Кариной и обсужу с ней вопрос ее, как ты сказала, интересного положения.

И в глазах его я не вижу радости, что он станет отцом. Он таким тоном мог сказать, что ему надо, например, туфли почистить, а то вляпался в грязь, когда выскакивал из машины. Я недоуменно моргаю. Он хотел детей. Или лгал?

— Жди меня в машине, — вручается ключи и сводит брови до глубокого излома на переносице. — Второй ряд, четвертое место слева.

Наклоняется, чтобы поцеловать, и я от него отшатываюсь, прижав к губам ладонь. Зло бубню сквозь пальцы:

— Не смей.

— Тогда иди, — сердито шепчет и поджимает губы. — Твоими чемоданами я займусь."

"Торопливо шагаю прочь, истерично постукивая каблуками, и оборачиваюсь через плечо. Сверлит взглядом, и я от волнения икаю в ладонь. Он очень недоволен, и я его прежде не видела таким даже тогда, когда был риск потерпеть большие убытки при сомнительных сделках. Подозреваю, что если я сейчас мотну хвостом и сбегу, то он найдет меня и силком притащить в дом, куда я не хочу возвращаться.

Артур упрямый. Если мне раньше нравилась эта черта его характера добиваться своего во что бы то ни стало, то сейчас совершенно этому не рада. На данный момент он тверд в решении, что его жена должна быть дома и его больше ничего не волнует. И как же тонко его чуйка работает. Одна ты натворишь глупостей, Вита. Например, можешь соблазниться на молодого баристу, который погладит тебе ножку от лодыжки до колена. И да, милый, это было куда чувственнее, чем отыметь секретаршу у кухонного стола.

Артур хмурится. Возможно, уловил что-то подозрительное в моих глазах. Отворачиваюсь и продолжаю путь под тяжелым взглядом неверного мужа среди незнакомце и незнакомок, что спешат на рейсы и регистрации.

Глава 5. Хитрая амёба

— Артур Борисович…

Голова раскалывается, а голосок Карины как гвоздем по стеклу. Еще утром меня от ее “Артур Борисович” вся кровь уходила в нижнюю часть тела и накрывало диким и каким-то животным желанием, а сейчас у меня глаз дергается.

— Артур… — Карина жалобно всхлипывает.

— Ты ведь, дрянь лживая, при мне таблетки пила, — поднимаю взгляд на Карину. — Ты мне тут что устроила? Какая договоренность у нас была?

В кабинете царит полумрак. Карина порывается встать со стула напротив моего стола, и я цежу сквозь зубы:

— Сидеть.

— Артур… Борисович? — она слабо улыбается.

— Ты пила таблетки. Каждый, мать его, день в одно и то же время. В десять часов утра. Тебе их выписал доктор.

Виновато тупит глаза.

— Карина, не выводи меня из себя.

— После… — шепчет она. — Я шла в туалет.

— Так.

— Пила полтора литра воды и… — шмыгает и трет нос наманикюренными пальчиками.

Со смешком откидываюсь на спинку кресла и закрываю глаза.