Измена. Попаданка в истинную

4

Окунулась в воспоминания, что меня держат дома? Внуки, мои солнышки, рыжие, как огонь. Маша и Саша, двойняшки, как раз приехали на машине ко мне. Пару дней, как получили водительские права, счастливые. Родители им машину купили, старенькую, отечественную, пока одну на двоих, опыта набраться, но позже обещали каждому ребенку по иномарке. Вот отмечали вчера.

Я им торт спекла, медовый с заварным кремом, как они любят, вечером чай облепиховый пили. Замужем я не была, родила ребенка, что называется для себя. Все на этом, сын занимаются бизнесом, перевозками крупногабаритными, ему давно не до меня, вот только внуки и будут скучать. Но они справятся, уже совсем большие выросли.

А на работе, так только рады будут, что меня не стало. Дорогу молодым специалистам, так они говорят. Всю свою жизнь я отдала медицине, девять лет обучения, больше десяти в приемном отделении, всех бомжей и алкашей к нам свозили, зато любую рану рваную филигранно зашить могу, что шрам еле заметный будет, не каждый хирург, так сможет.

Последние года, была медсестрой на приеме у врача, у молодого да тупого, как валенок. Кому тут дорогу уступать, он людей опрашивает, а на меня смотрит, ждет, когда я скажу, что назначать надо. Эх, что уж теперь, бог с ними. Буду строить новую жизнь. Тем более, у меня тут вроде как даже муж имеется.

О том, что я, не Элиза, а попала в ее тело, решила никому не говорить. Мало ли как к этому здесь относятся, может, в местный дом умалишенных упекут, а может, сожгут от греха подальше, как у нас ведьм сжигали.

Еще раз окинула, комнату взглядом, задержавшись на окне. Тихонько встала, опираясь на кровать, а после на стену, аккуратно дошла до окна. Открывшийся вид впечатлял. Горы, леса, вдоль дома небольшой сад, розарий.

Моя комната находилась на втором этаже. Дом выглядел, как небольшое поместье, невысокое, но довольно широкое, видно, что вмещает много комнат. И самое главное здесь было лето, а на земле поздняя осень.

Громкий звук открывшейся двери отвлек меня от созерцания окружающего мира. В комнату вихрем влетела, красивая, хрупкая брюнетка. В насыщенно-желтом платье, из материала напоминающий атлас, крой которого подчеркивал идеальные пропорции девушки. Но стоило, ей открыть свой рот, как ее лицо исказилось, маска очаровательной юной девушки слетела, как будто и не было. Передо мной стаяла, наглая, уверенная в себе молодая женщина.

По обрывкам чужой памяти узнаю Мариссу.

— Значит не сдохла? Живучая? Тебе же хуже мышь приютская. Могла бы умереть, как уважаемая жена лучшего из драконов. А сдохнешь разведенной брошенкой, без имени и титула. Сгниешь на паперти, прося милостыню, как вашему приютскому отродью и положено!

Легким движением руки сдирает с моей шеи, цепочку с подвеской из красного камня.