Измена. Попаданка в истинную

Парни тоже расслабились, они видели, что Эдван возвращается к жизни.

Я улыбнулась, хотя чувствовала себя совершенно опустошённой. Это было тяжело, но я знала, что сделала всё правильно.

Эдван осторожно приподнялся, его лицо было спокойным, хотя и измождённым. Он посмотрел на меня с благодарностью и сказал:

— Ты дала мне второй шанс, Лиза… Я не знаю, как отблагодарить тебя.

— Просто живи, Эдван, — ответила я, чувствуя, как сознание оставляет меня. — Живи подальше от меня.

67

Я медленно приходила в себя, ощущая, как теплая, но твердая поверхность подо мной заставляет кожу слегка покалывать. Веки были тяжёлыми, словно налитыми свинцом, и, когда я наконец смогла открыть глаза, яркий свет пробивался сквозь ткань палатки, заставляя меня щуриться. Всё казалось каким-то смутным, размытым, и на несколько мгновений я была полностью дезориентирована.

Сначала я не могла понять, где нахожусь и что произошло. Мир вокруг меня был словно в тумане, в голове смешались отрывочные образы, звуки, воспоминания, но постепенно они начали складываться в единое целое. Разлом, уничтоженная деревня, Эдван, медальон, сила жизни, которую я вложила в него, чтобы спасти… И тот момент, когда мои силы полностью иссякли, оставив меня в пустоте.

Я попыталась сесть, но сразу же почувствовала, как голова закружилась, и пришлось снова лечь. Внутри всё было словно выжжено, опустошено. Казалось, что каждая капля энергии покинула меня, и я была лишь оболочкой своего прежнего «я».

Рядом послышался знакомый тихий звук, и я повернула голову, чтобы увидеть Барсика, который, уютно свернувшись, лежал рядом со мной. Его янтарные глаза светились в полутьме, внимательные и заботливые, он не сводил с меня глаз.

— О, наконец-то очнулась, — сказал он, чуть склонив голову набок, и в его голосе прозвучала смесь облегчения и привычного сарказма. — А то уже начал думать, что ты решила окончательно отправиться на покой. Лизонька моя, я так переживал.

— Где мы? — хрипло прошептала я, голос был слабым, но по крайней мере, я могла говорить.

— В палаточном лагере на границе, — ответил Барсик, подходя ближе и облокачиваясь на мой бок, его пушистый хвост слегка касался моей руки, успокаивая. — Когда ты отключилась, парни решили, что ждать нельзя. Под моим, так сказать, чутким руководством, они напоили тебя отваром, который я в твоей сумке нашёл. Потом мы сразу поехали сюда. Нужно было доложить о том, что разлом закрыт, и организовать зачистку оставшихся тварей."

"Я с трудом поднялась на локтях, пытаясь осмотреться. Внутри палатки всё было скромно, но уютно — простые вещи, которые обычно служили солдатам: железная кружка, несколько одеял, кое-какие медикаменты. Но что-то в воздухе казалось неправильным, напряжённым, и это ощущение усиливалось.