Измена по-венециански

Затем Винченти подошел к окну и посмотрел на по-прежнему пустынную площадь. Его последующие действия определят будущее. Он собирался сыграть в опасную игру, которая не понравится ни Венецианской лиге, ни Ирине Зовастиной. И уж тем более — американцам. Он давно спланировал этот ход. Как говорил его отец, кротостью ничего не добьешься.

Продолжая смотреть в окно, Винченти поднял правую руку и резко сжал ладонь в кулак. В следующую секунду шея женщины была сломана — чисто и аккуратно. Он ничего не имел против убийств, но наблюдать их не любил.

Его люди знали, что делать дальше."

"Внизу уже поджидала машина. Она отвезет тело на другой конец города, где ждет вчерашний гроб. Он просторный, в нем хватит места для двоих.

17

Дания

Малоун смотрел на гостя. Тот приехал один, на «ауди» с яркой наклейкой конторы, сдающей машины в аренду, на лобовом стекле. Это был невысокий, коренастый мужчина с копной взлохмаченных волос, в мешковатой одежде. Глядя на его широкие плечи и узловатые руки, можно было предположить, что ему пришлось долгое время заниматься тяжелым физическим трудом. Ему, вероятно, было немного за сорок, а черты его лица выдавали славянское происхождение: широкий нос и глубоко посаженные глаза.

Поднявшись на первую ступеньку крыльца, мужчина сказал:

— Я не вооружен. Можете меня обыскать.

Малоун держал его на мушке.

— Приятно вновь иметь дело с профессионалами.

— Вы — человек из музея.

— А вы — тот, кто запер меня внутри.

— Нет, не я. Но сделано это было по моему распоряжению.

— Как честен бывает человек, когда на него направлено оружие.

— Оружие меня не беспокоит.

Малоун был готов этому поверить.

— Я не вижу денег, — сказал он.

— А я не вижу медальона.

Малоун отступил внутрь дома и позволил гостю войти.

— У вас есть имя?

Мужчина остановился на пороге и посмотрел на Малоуна тяжелым взглядом.

— Меня зовут Виктор.

Спрятавшись среди деревьев, Кассиопея наблюдала за тем, как Малоун и приехавший мужчина вошли в дом. Будет несложно выяснить, прибыл ли он один или заявился с компанией.

Спектакль должен был вот-вот начаться. Она надеялась на то, что их с Торвальдсеном расчет окажется верен. В противном случае Малоуну не поздоровится.

Пока Торвальдсен и Виктор разговаривали, Малоун стоял чуть поодаль. Он был начеку, сохраняя настороженность, доступную лишь человеку, проработавшему двенадцать лет в качестве правительственного агента. Ему тоже не раз приходилось сталкиваться с неизвестным противником, и в подобных случаях приходилось надеяться только на собственный ум, опыт и молиться небесам, чтобы они помогли выйти из переделки целым и невредимым.

— Вы воровали эти медальоны по всему континенту, — говорил Торвальдсен. — Зачем? Они не представляют особой ценности.

— Про это я ничего не знаю.