Измена по-венециански

Вы и ваша Лига просили меня предоставить вам убежище? Я вам его предоставила. Вы хотели финансовой свободы? Вы ее получили. Вам была нужна земля, рынки, пути, чтобы отмывать ваши грязные деньги? Я дала вам все это. Но вам и этого было недостаточно, не так ли?

Винченти смотрел на нее неподвижным взглядом, ни одной мышцей не выдавая своих эмоций.

— У вас, по всей видимости, иные планы, о которых, как я предполагаю, не знает даже ваша Лига. Что-то такое, в чем нашлось место и для Карин. — Зовастина прекрасно понимала, что Винченти ни при каких обстоятельствах не признает никаких обвинений, но Линдси был сделан из другого теста. Поэтому она обратилась к молодому ученому: — И вы тоже в этом замешаны.

Ученый смотрел на нее с нескрываемым ужасом.

— Уходи отсюда, Ирина, — проговорила Карин. — Оставь его в покое. Оставь их обоих. Они делают великое дело.

Зовастина испытала замешательство.

— Великое дело? — переспросила она.

— Он вылечил меня, Ирина. Не ты, а он. Он меня вылечил.

Любопытство Зовастиной подскочило до самой верхней планки. Она почувствовала, что Карин может дать ей ту самую информацию, которой ей так не хватало.

— ВИЧ неизлечим.

Карин расхохоталась.

— Вот в чем твоя проблема, Ирина. Ты полагаешь, будто ничто невозможно без твоего участия. Великий Ахиллес отправляется в геройский поход, чтобы спасти своего любимого. В этом вся ты. Живешь в мире фантазий, который существует только в твоем воображении.

— Каких глупостей вы ей наговорили? — обратилась Зовастина к Винченти.

— Глупостей? — воскликнула Карин. — Он нашел его. Лекарство. Одна доза — и я почувствовала себя так хорошо, как не чувствовала все последние годы.

Что за открытие сделал Винченти?

— Разве ты не видишь, Ирина? — продолжала говорить Карин. — Ты не добилась ничего. Он добился всего. У него есть лекарство.

Зовастина посмотрела на Карин. Та была воплощенной энергией, потоком эмоций.

— Ты хоть можешь себе представить, на что я пошла, чтобы спасти тебя? Как я рисковала? Ты пришла ко мне в трудный момент, и я помогла тебе.

— Для меня ты ничего не сделала. Ты все делала только для себя. Ты с удовольствием наблюдала, как я страдаю, ты хотела, чтобы я умерла…"

"— Современная медицина не может ничего предложить. Я пыталась найти что-нибудь, что может помочь. А ты — просто неблагодарная шлюха!

Зовастина почти кричала. Ее голос звенел от негодования.

Лицо Карин окутала грусть.

— Ты не понимаешь, да? Собственность — вот кем я всегда была для тебя, Ирина. Чем-то, что ты можешь контролировать. Именно поэтому я обманывала тебя, изменяла тебе с другими женщинами и мужчинами. Я хотела доказать тебе, что надо мной нельзя властвовать. Ты никогда не понимала этого и до сих пор не понимаешь.