Измена. Простить, отпустить, отомстить?

Зацепила, понимаешь? Что-то в тебе есть, что я ни спать, ни жрать, ни срать толком не могу. Я не романтик…

- Да я уж заметила, - перебила я его, но замолкла под строгим взглядом.

- Но и говна всякого не делаю, и обижать тебя не буду. Я в этих свиданиях даже не разбираюсь, если надо, позову, куда ты скажешь, костюм пот у Гавра возьму, прокипячу его предварительно, конечно, а то непонятно, где он в нем шлялся. Ну, не умею я все это!

Чувствовалось, как трудно дается Тимуру этот разговор. Каждое слово он выдавливал из себя как из пустого тюбика зубную пасту. Пытаешься-пытаешься, а там и нет ничего. Его широкий загорелый лоб покрылся испариной. Тимур вытер лицо, отвернулся и тихонько выругался.

- Вся эта дипломатия не мое.

- Да, в эпоху палеолита было попроще.

- А то. Бизона убил, пещеру обустроил, девчонку с крутыми бедрами на плечо перекинул и вперед, делать маленьких неандертальцев. Почему ты улыбаешься? – Он мягко коснулся моих волос, прижимая меня еще ближе к себе.

- Потому что ты дурак, Тимур.

- Очевидно. А еще мужлан, шовинист и ватник. Но ради своей женщины я готов сделать многое, даже засунуть в член тонкую трубочку, чтобы взять анализ на гонорею!

- Мой герой! – прошептала я ему в плечо.

- Насть, ну я правда не знаю, как за тобой ухаживать. У меня таких женщин еще не было, понимаешь? Я волнуюсь там, потею, говорю всякую херню. Но нужны тебе анализы, я ж даже вопроса не задал, пошел и сделал. Что еще… могу справку о доходах принести, но там смотреть особо не на что. Я… в общем обычный. Не мажор, воровать не умею, работаю честно. С мамой вот могу тебя познакомить, но тоже предупреждаю, что ты ей скорее всего не понравишься.

- Какой завидный жених, - я тихо засмеялась, будто меня что-то щекотало глубоко внутри. Наверное это счастье лопалось у меня в животе, выкидывая в кровь гигантскую дозу дофамина.

- Ну, ты тоже знаешь ли невеста хоть куда. Так что, пойдешь со мной?

- В ЗАГС?! – Не поняла я.

- Да нет, отмахнулся Тимур, - авокады эти твои жрать. Гавр сказал, что такая как ты только авокадо с лососем и ест, так что…

В этом неловком, диковатом как медведь в лесу, мужчине было что-то невероятно трогательное. То как он вел плечом, когда нервничал. Как уводил взгляд, а потом смотрел на меня, не мигая. Как надсадно сипел его голос, когда он говорил то, что было важным. Мне… и про меня…

Меня очень тянуло к этому странному страшному человеку. Не логикой, мозгами или сердцем. Инстинктами. Тут было хорошо, тепло, безопасно, почти как с моей пижамой.

Вот только мы с лысым были такими разными, что я уже знала – ничего не получится.

- Тимур, - я постаралась добавить в голос мягкости, чтобы отказ не звучал так болезненно. Представляю, каких усилий ему стоило прийти сюда. И не хотелось обижать человека, который вообще этого не заслуживает.