Измена. От меня не уйдешь, девочка! (СИ)

Отшатывается от лифта. Опускает взгляд.

Походу ее снова отпустило. И теперь ей неловко за то, что между нами произошло.

И мне неловко. Хотя это же детский сад какой-то. Подумаешь, потрогал! Это даже прелюдией не назвать.

— И куда собралась? — холодно спрашиваю. — За новой дозой?

Вскидывает на меня виноватый взгляд:

— Н-нет, — мямлит, прячет свои дрожащие пальчики в длинные рукава. — Простите. В-вы все не так…

Дверь лифта хочет закрыться. Бью по кнопкам. Ловлю тонкую ручку, и затягиваю девицу в кабину. Грубо припираю к стенке, нависая над ней:

— Значит трахаться идешь? — у меня в груди клокочет какая-то необъяснимая ярость. А еще этот ее запах… Блядь, почему он меня так бесит?! — Разве я не велел не высовываться из номера?! Еще раз увижу тебя с этими мудозвонами — положу всех!

— Я-я п-просто, — поднимает на меня свои виноватые глазки, — я х-хотела… в лес.

— Чего? — хмурюсь непонимающе."

"— Хотела в л-лесу погулять, пока не уехали. Г-говорят, там с утеса вид красивый открывается, — глядит на меня с надеждой, будто спрашивая разрешения. — Я хотела одним глазком…

— Нет.

Вздыхает шумно:

— П-почему?

Потому что ты не в адеквате. Нестабильная наркоманка. И неизвестно, что тебе может стукнуть в голову на том утесе.

И почему меня это беспокоит?

— Потому что я не разрешаю, — отвечаю без лишних объяснений.

А внутри будто горит что-то. Словно кровь закипает. Кожа пульсирует.

Алена покорно опускает голову.

Мои пальцы будто магнитом притягивает к ее румяной щеке. Она удивленно вскидывается:

— Я не п-пойду. П-правда! Простите, что ослушалась! Этого больше не повторится! — клятвенно заверяет меня, будто ждет, что я буду ее наказывать за то, что она ушла из номера.

Блядь, и почему меня от нее так мажет?!

— Значит, послушно сделаешь все, что я прикажу?

Кивает дуреха. А я больше не могу противиться этому притяжению.

— А что, если я захочу, чтобы ты взяла в ротик мой член и высосала его до последней капли? — хриплю я, чувствуя, что начинаю слетать с катушек.

Ее блядские глаза становятся еще больше, а губки удивленно округляются.

По тому, как она краснеет можно было бы решить, что она и вовсе никогда ничего подобного не делала. Сжимается вся. Кусает губы.

Но я-то видел, какой она может быть…

— Сделаешь?! — требую я ответа.

— Е-если н-надо… — мямлит она, пряча взгляд.

— Значит сейчас ты не уверена, что хочешь меня? — мой взгляд мечется по ее лицу, впитывая каждую черточку. — М?

— Я п-просто, — дрожит, — н-не понимаю зачем это делают, если от эт-того не появляется д-детей…

— Что? — холодно усмехаюсь, жестко фиксирую ее подбородок, не позволяя больше отводить взгляд. — Маленькая шлюшка хочет детей? Зачем тебе это? Ты ведь сама еще ребенок! Еще и неблагополучный.