Измена. Осколки нашей любви (СИ)

— А что меня может сдерживать?

Егор помотал головой из стороны в сторону:

— Охренеть… я тебя совсем не узнаю. Ты как с цепи сорвался! Там метель такая, что в двух шагах ни хрена не видно, а ты гонишь нас из дому?

— Это взаимно, Егор, — с олимпийским спокойствием отозвался Муратов-старший. — Я тоже с некоторых пор просто перестал тебя узнавать. И, кажется, наши душеспасительные беседы дают крайне слабый эффект. Я всё же надеялся, что мозгов у тебя больше.

Душеспасительных бесед?.. Невзирая на полувменяемое от происходившего состояние я почему-то всё-таки умудрилась зацепится за эту фразу. Почему-то после неё мысль о том, что Егора отговорили приобретать коттедж, только усилилась.

— Ты понятия не имеешь, о чём говоришь, — прорычал Муратов-младший. — У тебя давно всё в жизни просто и предельно ясно. И ничего удивительного! Тебе ведь не нужно пытаться ещё и отстаивать свой статус! Ты же у нас альфа-самец, к которому никто сунуться попросту не отважится. А ты можешь представить, каково мне с этим моим прорывом пришлось? Можешь представить, как все пытаются…

Он осёкся и заморгал. Только сейчас, видимо, сообразил, что из него вольным потоком полилось самое сокровенное.

Господи, чего я ещё не знала о собственном муже?..

Он ведь никогда, ни-ког-да не заикался о том, что у него такие проблемы. Да, конечно, упоминал, что с расширением практики и сети клиник приходится очень непросто. Но я почему-то всегда была свято уверена, что речь идёт скорее об организационных вопросах. Он стал знаменит, востребован, обзавёлся широким кругом знакомств в профессиональной среде и не только. Времени на всё катастрофически не хватало…

Но ведь не о тайм-менеджменте сейчас речь, верно ведь?..

Выходит, он не считал нужным посвящать меня в свои сложности. Я никогда не была его тылом, человеком, которому можно было излить свои печали, да просто по-человечески на что-то посетовать и пожаловаться.

Мы будто всё это время жили в разных мирах.

Непостижимо…

— Вероятно, я тоже доставляла тебе массу проблем и неудобств, — услышала я собственный надломленный голос.

Сама не заметила, как заговорила. Просто в какой-то момент мои мысли свободно перетекли на язык, сами запросились наружу. Держать их внутри становилось больно до невыносимости.

— Нина, с чего ты взяла? Откуда такие идиотские выводы? — устало проговорил Егор, не обращая внимания на испепелявшую его взглядом любовницу.

— Они — прямое следствие твоих слов, — я подняла глаза на Муратова-старшего. — Александр, вы были правы. Эта ночь стала ночью настоящих сюрпризов…

К великому сожалению, далеко не таких, каких ждёшь в любую другую новогоднюю ночь.

—Нина, — вернул моё внимание муж. — Нина, нам нужно поговорить.

— Да неужели? — вырвался у меня истеричный смешок.