Измена. Осколки чувств (СИ)

Сердце заколотилось как сумасшедшее, а дыхание сбилось. Нос сам собой втянул запах его парфюма, от которого кружилась голова.

В его объятиях было так хорошо и спокойно! Они внушали чувство уверенности, надежности, защищенности. Хотелось, чтобы этот момент длился вечно!

Ох, черт! Что я делаю? Градов обнял, а я уже и растаяла?

Забыла, как он поступил? И кто тут настоящий герой, который спас папу?

Злость на саму себя захлестнула меня. Я даже покраснела от стыда за эти мгновения слабости.

Надо отстраниться, оттолкнуть его! Надо!

Как же это сделать? Где взять для этого силы?

Сложно, больно, совершенно невозможно! Горло сдавило так, что даже дышать было трудно.

— Зачем ты так поступил?.. — прижавшись лбом к его шее, беззвучно, одними губами прошептала я, спрашивая не его, а саму себя.

Но он услышал.

— Разве я мог иначе? — еле слышно прошептал он в ответ.

Понял, что я знаю? Я подняла к нему лицо, чтобы взглянуть в глаза. Уставшие, красивые, любимые. Он даже не отрицает.

— Не мог? — выдохнула я.

Почему не мог? Испугался конкуренции? Он разве не видел, что нравится мне? Думал, что предпочитаю Диму? Считает, что для достижения цели все средства хороши?

— Не мог, Лиза, — тихо и твердо произнес он.

Жадно впилась в его лицо взглядом, разглядывая и запоминая каждую черточку. Буду потом вспоминать до конца жизни.

— Почему? — произнесла я одними губами.

— Потому что люблю тебя.

Слова вонзились в сердце острыми осколками, причиняя дичайшую боль.

Из легких разом вышибло весь воздух. Грудь сдавило. Глаза защипало, а в горле поднялся тугой ком.

Так мало воздуха. Ощущение, что задыхаюсь. В висках стучит. Душа и сердце — все в клочья. Мир рушится.

Как больно! Боги, как же больно!

И где воздух? Где, черт побери, весь воздух?

Я словно проваливалась в какую-то пустоту, пучину, бездну."

"Оттуда нет спасенья. Не всплыть, не вынырнуть. Буду лететь и падать, тонуть, пока не достигну дна.

Его слова так и звучали в ушах. То, что я так мечтала услышать! То, что сейчас причиняло жуткую, дикую, непереносимую боль!

Разве так поступает человек, который любит?! Разве он будет пытаться выехать за чужой счет?!

Хотелось высказать ему все это! Бросить прямо в лицо! Он ведь и так, похоже, догадался, что я в курсе. Но все же обещание Диме сдерживало меня.

Одно дело — он сам догадался, а другое — сказала я.

Я вдруг словно увидела себя со стороны. Как я механически упираюсь ладонями в его грудь и отталкиваю от себя. Это я делаю?

— Я увольняюсь, — произнес какой-то чужой, но все же, вероятно, мой голос.

— Что? Почему? — его лицо удивленно застыло.

— Так будет лучше. Я теперь с Димой. Он — мой мужчина. Самый лучший, желанный, единственный, — вновь произнес голос, отдаленно похожий на мой.

— Ясно, — последовал ответ.

Его лицо заледенело. В глазах мелькнула боль.