Измена. Не возвращай нас

— Она просто странная, — призналась я и выдохнула тяжело. Отвернулась от Олега, чтобы он не видел, как у меня заблестели глаза, потому что мне реально было очень странно от того, что ребёнок мог практически без капризов спать всю ночь. И от этого я только сильнее нервничала и соскакивала каждые пятнадцать или тридцать минут.

— Но если тебе некомфортно, если ты боишься за неё ночью, иди поспи, пока я здесь, я буду здесь, пока ты не выспишься.

— Не надо, — сказала я. Олег покачал головой и прошёл в детскую, выглянула Лина на наш разговор, я только махнула рукой.

К концу недели мои нервы все-таки сдали, и когда в выходной Олег приехал чуть раньше обеда, я с синими кругами под глазами, с трясущимися руками просто отдала ему Катю и заперлась в спальне, где сначала долго плакала, скулила в подушку, а потом спала.

И самое смешное, что даже няня не помогала мне, потому что я была против того, чтобы няня оставалась с нами на ночь.

Я не доверяла этому человеку.

Я была бы не против, если бы это была моя мать, но у меня совесть не позволяла просить её приезжать и ночевать с нами, но приходящей няне я не верила.

Да, она могла приготовить покушать. Да она ходила в магазин для того, чтобы купить что-то Лине, но даже старшую дочь не могла с ней никуда отпустить.

Я никому теперь не верила.

И поэтому к концу недели я была настолько вымотанная, что мне казалось, если меня тронуть, то просто польются слезы и то, что Олег приехал в обед и я уснула, подарило мне такое неземное счастье, что когда я открыла глаза и увидела за окном густые сумерки, то не сразу поняла, что происходило.

Я резко подскочила на постели, увидела спящую рядом старшую дочь, качнулась к кроватке и поняла, что там никого не было.

Меня от паники затрясло.

Боясь разбудить Лину, я дернулась к коридору и только там врубила ночное освещение.

Из зала донеслись непонятные звуки, и я, туго сглотнув на носочках, прошла вперёд.

Олег в одежде на полуразложенном диване в окружении подушек, диванных пледов держал на руках Катю.

Они спали.

А я вдруг поняла, что где-то в душе что-то со звоном лопнуло.

Только сглотнув, я сделала ещё несколько шагов вперёд, медленно дотянулась рукой до нижнего освещения, которое подсвечивало плинтуса, чтобы хоть немного разогнать мрак, и уже более детально присмотрелась к тому, как муж, устроив дочь на груди, тихонько её покачивал, а потом посмотрел мне пристально в глаза.

Я растерялась, смутилась, опустила взгляд.

— Ты не спишь? — только и смогла спросить.

— Я спал, пока ты не встала.

— А Катя почему на руках?

— А потому, что если бы я зашел к тебе в спальню, то ты бы тут же соскочила, а я не хотел. Тебе надо было выспаться.

— Я выспалась.

— Хорошо, я рад.