Измена. (не) Любимая жена (СИ)

— Марина, да как тебе не стыдно подобное говорить? После… после всего, что я видела…

Голос мой начинал предательски подрагивать, и за это я себя до глубины души ненавидела.

Какой же контраст мы всё-таки сейчас составляли! Собранная, холодная, уверенная в себе красавица и дрожащая, едва не хлюпающая носом простушка, вообразившая, что сумеет влиться в этот чужой мир людей, чьё эго по своим размерам может тягаться только с суммами на их банковских счетах."

"— Ну хорошо, — Игнатьева, конечно, не собиралась меня щадить, — если ты просишь отмести любое притворство, даже если это притворство продиктовано правилами хорошего тона…

— Лезть в постель к женатому мужчине тебе тоже хороший тон диктовал? — не выдержала я.

В светлых глазах засветился триумф — она за секунду меня надколола и теперь с удовольствием наблюдала, как я иду трещинами и рассыпаюсь, расклеиваюсь у неё на глазах.

— Это очаровательно, — промурлыкала она. — Так мило, что ты считаешь его законно своим. Женатый мужчина… Нет, это и впрямь забавно.

Она окинула меня долгим взглядом:

— Тебе ведь известно, что мы с ним знакомы очень, очень давно? Что наши семьи друг другу почти как родные? Что мы, наконец, встречались с ним какое-то время? Ну, конечно, известно. Если ты до сих пор не смогла сложить два и два, я тебе поясню. Такая связь запросто не обрывается. Она может ослабнуть, может на время почти испариться, всё верно. Но исчезнуть с концами? Нет. Это было бы невозможно.

— Чушь какая-то, — прошелестела я, отирая мокрые щёки. — Ты вообразила, что вы с ним навеки связаны?

Марина улыбнулась мне, как несмышлёнышу, на которого не имеет смысла обижаться за его глупость и наивность.

— Я ничего не воображала, глупышка. Это просто ты забыла, в каком мире живёшь. У этого мира есть законы. И эти законы работают. Могут дать сбой, несомненно. Но рано или поздно баланс восстановится. Ну, захотелось Герману отыграть романтический сюжет. Ну с кем не бывает? Богач влюбляется в миленькую продавщицу цветов. Я даже, наверное, могу это понять. Она смотрит на него глазами восторженно болонки. Он красив, богат, для неё он практически всемогущ. Наверное, это любого до какой-то степени заведёт.

Её взгляд сделался жёстким.

— Но проходит какое-то время, и игрушка надоедает. Потому что вы из разных миров, вы разной породы. Вы не сочетаетесь, что бы ты там себе ни напридумывала за эти ваши три года. Но медовый месяц прошёл, страсти схлынули — и у тебя наконец-то открылись глаза. Ты поняла, что его невозможно подстроить, подмять по себя. Стоило сразу понять, что рано или поздно это случится. Он уйдёт, вернётся к привычному. Что он и сделал.

За всё время нашего с ней не слишком-то близкого знакомства Игнатьева никогда не была настолько словоохотлива.