Измена. Начать сначала (СИ)

Уже был вечер, темнело. Народа на улице не было, ну это и было понятно. В такое время все сидят дома вместе с семьей и ужинают. И если я не решу, как добраться до деревни, мне придется искать ночлег и остаться здесь до утра.

– Галка, ты что ли? – услышала я сзади, обернулась и увидела до боли знакомое лицо."

"– Дядя Мирон! – кинулась на шею к почти родному человеку. – Какое счастье, что я вас встретила, просто чудо какое-то! Я уже думала, ночевать здесь придется. Вы же меня в деревню добросите?

– Ох ты ж, худая-то какая. А чего примчалось то? Столько времени не была, позабыла про корни, а оно воно как, нарисовалася, краса наша, – дядя Мирон ворчал, но прижимал меня крепко, поглаживая по голове, как маленькую. Я для него и была маленькой, знал он меня с детства. Считай, я каждое лето здесь проводила, у них на глазах, можно сказать, и росла. А потом закрутила студенческая жизнь, работа, быт, муж… Стас не любил это место, сам не ездил и меня не отпускал. Говорил, мол, дикари здесь живут, в отрыве от цивилизации. И он не хотел стать одним из них, таким же дикарем.

– Да хочу пожить здесь, дядя Мирон, устала от городов. Да и уволили меня. Буду теперь удаленно работать и книгу про вас писать, – я радостно рассмеялась, увидев изумление на морщинистом лице дядя Мирона.

– Книгу? Про меня что ли? – растерялся он.

– И про вас, и про тетю Варю и вообще про всех жителей наших Ярославичей. Поможете? Мне без вас не справиться. Да и дом нужно как-то в порядок привести, сколько я не была уже здесь? Года три?

– Да уж без малого шесть, какое три, – проворчал дядя Мирон.

– Как шесть? – я ахнула. – Да нет, дядь Мирон, ты что-то путаешь. Три, точно три.

– Ну можа и так, но все равно долго, – согласился он все-таки со мной. – Уж и дух дома наверняка ушел.

– Ой, дядь Мирон, ну какой дух? Не смешите меня. Как там тетя Варя?

Так мы и шли, переговариваясь, перебивая друг друга, пытаясь в короткий срок вывалить друг на друга все новости, как это обычно бывает с очень близкими людьми, которых давно не видел, а в жизни столько накопилось всего, чем хотелось поделиться. Мы подошли к старенькой Ниве и вскоре я уже опять тряслась, тем не менее радуясь, что осталось совсем немного потерпеть и все, я – дома.

На крыльцо дома дяди Мирона, а он привез меня пока к себе, объясняя тем, что ко мне идти ночевать бесполезно, – «ночь уже почти, куды ж ты пойдешь, дом холодный, завтра с утра разбираться со всем будем, а пока у нас поживешь», – вышла тетя Варя. Вот по кому совершенно не видно было прошедших лет. Дородная статная женщина, про которых говорят кровь с молоком, с рыжеватыми волосами, убранными под косынку, она вытирала руки о фартук и всматривалась, кого это привез с собой ее муженек.

– Варва, – он только так называл свою жену. – Глянь-ка, кого я поймал и привез.