Измена. Месть предателю

Мне не нужна чужая женщина…

— Я вовсе не чужая женщина, а почти разведенная вообще-то! — сама не понимаю, зачем говорю это.

Мне бы заткнуться и свалить, раз он принял наконец столь внезапно человечное решение, но разумные поступки это очевидно не мой конек, поэтому я продолжаю:

— Я ведь должна вам за тот кошелек. И пока не отработаю, не собираюсь никуда проваливать, — говорю я решительно.

— Опять собралась брать меня измором? — усмехается он мне на ухо.

У меня отчего-то мурашки по всему телу:

— Именно, — отвечаю я и шумно сглатываю.

— Ты очень глупая женщина, — говорит он обидные слова, но я сейчас не могу с ним спорить. — У тебя есть такой шикарный инструмент, а ты не используешь его по назначению.

— В том смысле, что тебе достаточно один раз встать передо мной на колени, и позволить наполнить мне твой ротик спермой, чтобы рассчитаться за тот кошелек.

Дергаюсь, пытаясь освободиться от его объятий. Он снова ведет себя как животное:

— Вы меня не за ту принимаете, — цежу сквозь зубы.

— Как же не за ту? У тебя как у всех баб есть пизда и рот. Чем же тогда ты отличаешься, м? — ощущение, что он вовсе не у меня спрашивает. — Я мог бы уже давно кончить в тебя и оставить в покое, но ты выбираешь длинный путь, чтобы расплатиться со мной за «доброту». Почему? Гордость не позволяет быть умнее? А может и правда искренне считаешь, что твоя пизденка ценнее, чем у других баб? Или просто не хочешь от меня уходить?

— Хочу! Я хочу уйти, — дергаюсь снова.

Боже! Да как я могла принять чудовище за человека?! Пусть и всего на секунду!

— Только что не хотела, — припоминает гад мои необдуманные слова.

— Потому что на секунду по ошибке приняла вас за человека! — рявкаю я.

— Нужно было этим пользоваться, Лера, — рычит он мне над ухом. — Но как я и сказал, ты очень глупая женщина.

Он вдруг сдергивает с моих плечей бретельки от платья, надрывая его, обнажая грудь под фартуком. Грубо сминает своей пятерней мои полушария.

Взвизгиваю, пытаясь вырваться, когда он ныряет своей ручищей мне под платье и в отсутствии трусиков без труда проникает пальцем прямо внутрь.

— Нет, Артур! — безуспешно борюсь с его руками.

— Мокрая, блядь. И к чему тогда выебываешься? Цену себе набиваешь? Ты такая же как и все. Просто трахну и забуду…

— Пожалуйста, Артур! — сейчас мне действительно страшно от этой его внезапной перемены. — Не надо так!

— А как, блядь?! Как?! — цедит он мне в затылок, неосторожно встряхивая за плечи. — Ты же нарочно сука провоцируешь меня! А потом отшиваешь! У меня уже сил просто нет играть с тобой! Ебать тебя нельзя из-за беременности? Окей! Значит я возьму твой рот.