Измена. Кукольная лавка попаданки (СИ)

Сделать вид, что заглотнул наживку? И кивнуть, согласиться, что Сильвия поступила неправильно? Помочь Альберту вернуть невесту во дворец. Раймон же видел, что принц этого хочет.

– Сильвия была напугана и хотела переночевать в лесу, – медленно и спокойно начал говорить Раймон, подбирая слова.

– Вот как?

Альберт сейчас выглядел так, словно обратится в змеиную форму и питоном набросится, сжимая кольца на шее. Если только Раймон оступится. И скажет что-то, что не понравится Альберту.

– Наверняка, она не желает возвращаться во дворец? – продолжил Раймон. – Раз выбрала той ночью компанию диких зверей, а не твою.

Глаза Альберта снова вспыхнули. Зло. Хищно. И тонкие сильные пальцы сжались конвульсивно на рукояти кинжала, которым он поигрывал. Напоказ, перед Раймоном."

"«Что ты задумал, принц? Прирезать меня сейчас и бросить труп в этом каменном мешке? Что тогда будет с Роной? – Раймону стало страшно за нее. – Дочку отдадут в сиротский приют, где ее опасная магия точно выйдет из-под контроля и убьет ее… Нет. Я должен играть по твоим правилам, Альберт. И перехитрить тебя. Чтобы спасти и Рону, и Сильвию от твоей мести».

– Но… может, она неправильно поняла то, что увидела? – голос Раймона стал мягче. – Раз ты говоришь, что Сильвия приревновала тебя… по ошибке. Тогда, конечно, я готов помочь тебе, Альберт. Поговорить с твоей невестой. Разъяснить ситуацию. Передать от тебя искренние извинения. Если ты пожелаешь этого?

Усмешка Раймона получилась не менее коварной, чем у Альберта. О нет, не станет он убивать. Потому что на данный момент Раймон – единственная ниточка, связывающая с Сильвией.

– О, не стоит себя так утруждать, – улыбка Альберта получилась одновременно сладкой и опасной, как яд в бокале южного вина. – Я сам поговорю с ней, когда девочка остынет. Мне самое главное, чтобы Сильвия не пострадала. Она ведь так юна и невинна…

Альберт провел кончиком языка по губам, а в глазах вспыхнул блеск. Что ж, жаль, что не успел попробовать, какова крошка Сильвия в постели. В монастыре в них вбили строгое воспитание. И эта скромняжка лишь краснела на все намеки, мягко и испуганно говоря, что порядочная девушка бережет свою честь до свадьбы. А на пороге таверны порядочная девушка вешается на шею первому встречному?

«Двуличная гадина!» – в ярости подумал Альберт.

Он все больше жалел, что не хотел поднимать шумиху, привлекать внимание. Иначе Сильвию давно стража приволокла бы за волосы за, скажем, кражу фамильного перстня или еще какой-то безделицы.

– Так вот, – Альберт отступил на шаг назад, давая обманчивую свободу, пространство между собой и Раймоном. – Я хотел попросить тебя об услуге. Присмотреть за Сильвией.