Измена. Яд твоей \

Но ладно, к делу. Тут аналитические таблицы за второй и третий кварталы прошлого года не бьются с итоговыми результатами, а нам это завтра к утренней планерке надо утрясти. Так что, увы, вынужден просить тебя приехать в офис. Я помню, что сам отпустил до следующего года, но это не терпит. Абсолютно.

Капец-капец-капец.

Вдох, выдох, вдох.

Опустим нецензурщину, которую приносит из школы Кир и с работы Олег, вспомним, что я вежливая, воспитанная и культурная, да.

- Я все понимаю, но сейчас жду Кирилла с тренировки, потом отвезу его домой. Поэтому в офисе смогу быть, самое раннее, с учетом пробок, в восемь – полдевятого.

Ужас.

Пока то-се, с таблицами там сидеть часа два минимум, а то и три.

- Все претензии принимаю, как ты сказала, ничего сделать не могу. Жду тебя, Нонна.

И отключился.

Да что у меня за дурацкая традиция – под Новый год с разными мужиками по-идиотски сталкиваться?

И пока я собиралась с мыслями, получила еще одно подтверждение, что лучше бы мне в берлоге, как медведю, проводить всю зиму:

- Добрый вечер, Нонна Аркадьевна, – ох уж эта бесшумная поступь Кирюшиного тренера.

Славься, Джей, я все уже выпила, так что в этот раз не облилась.

- Здравствуйте, Михаил Борисович! – и улыбаться максимально скромно и нейтрально.

Некогда мне сегодня болтать о пустяках. У меня работа внезапно нарисовалась.

- Нынче Кир прямо молодцом. Достойно держался, хоть соперник был старше, опытнее, да и по весу тяжелее, – в груди похолодело.

- С Кириллом все в порядке? Или в «травму» надо?

- Ну что же вы так плохо о нас думаете? – и улыбается, как крокодил: широко, многообещающе и хищно.

Зло выдыхаю:

- К сожалению, в последний год мы с тренировки в «травму» ездим регулярно, что весьма меня беспокоит.

- Я учту ваши пожелания, Нонна Арка…

- Нон, поедем? А то пока доберемся по пробкам… да и я бы полежал, кажется… – мое зеленоватое сокровище добрело до меня и с явным усилием приволокло свою сумку следом.

Вот оно: паника и ужас, с одной стороны, выбор между ребенком и работой – с другой, а на закуску – необходимость выставить себя грубиянкой.

Да и плевать.

- Прошу нас простить, поедем мы в «травму». Сегодня никак обсудить ничего не сможем, – тихо рыкаю, прихватываю на плечо деткину сумку, а под руку – саму детку.

Чтоб ты провалился со своими «тренировками в условиях, приближенных к боевым».

Вероятно, только беспокойство о состоянии Кира позволило мне наплевать на правила и нарушить негласный запрет: я позвонила Олегу.

- Прости, что отвлекаю. У нас ЧП. Везу сейчас Кирилла после тренировки в «травму», сильно он нехорош. До этого мне звонил начальник и требовал приехать проверить аналитику по прошлому году к завтрашней утренней планерке. Я не успеваю никак. Мы с Киром дома будем в лучшем случае часам к десяти.