Измена. Я только твоя. Лирическое начало (СИ)

Я вышел за дверь, опустился на лавку, что шла вдоль стены. Какая-то девушка, в туфельках Золушки, сидела напротив и красила губы. Я не сразу узнал ту актрису, что играла с тобой.

- Ловыгину ищешь? – спросила она.

Я поднял глаза:

- Почему она не вышла сегодня на сцену?

Девушка глянула искоса:

- Кто ж её знает? – она рассмеялась, - Автограф хотел попросить?

Я исправил:

- Прощения, - и покинул твой грёбаный театр.

Глава 31. Аня

В сторожке мне разрешили пожить. Но недолго. Сторож, дядь Юра, а может быть, дядя Серёжа доложил обо мне. Сам Сперанский примчался.

Поцокал и вынес вердикт:

- Это плохо.

- Простите, я съеду. Сниму квартиру. Мне бы ещё пару дней.

Он поправил очки.

- Ох, Ловыгина! Чуял, что с тобою не всё будет гладко.

- Простите, - всхлипнула я. Извиняясь заранее и за сорванный спектакль, и за ущерб, нанесённый его репутации.

Этим же утром раздался звонок. Голос на том конце провода принадлежал одному человеку. В моей записной он назывался «Работа».

- Анна?

- Да, это я, - отозвалась несмело.

- Анна, это Марат, - представился он. Видимо, думал, что я удалила его телефон."

"- Я поняла, - я прижала колени к груди. Я жила здесь затворницей! В комнатке, тесной и затхлой, служившей мне спальней, гостиной и даже тюрьмой.

- Ваш непосредственный босс сообщил мне о том, что вам негде жить, - прозвучало на том конце провода.

Я усмехнулась:

- Это не правда.

- Тогда почему вы ночуете в театре? – задал он вполне резонный вопрос.

- Это временно, - ответила я. Я ведь действительно намеревалась съехать, как только смогу.

Марат Даниярович тихо вздохнул:

- Анна, я пришлю за вами водителя. Он передаст вам ключи от квартиры…

- Нет, что вы, не нужно! – заверила я.

- Она всё равно пустует, - ответил Марат Даниярович.

- Я могу снять квартиру сама, - сказала с достоинством. Я ведь могла! Только времени нужно чуть больше.

- Я в этом ничуть не сомневаюсь, - согласился Марат. Даниярович, и добавил с умеренной твёрдостью, - Водитель приедет за вами в четыре.

Не успела ответить отказом, как он отключился. Я ждала четырёх. Он, и правда, приехал. Водитель. И стоял у ворот. Серебристая бэха мигала огнями, а я не решалась показывать нос.

«Квартира на месяц, не больше. А после я съеду оттуда. Забуду и театр, и тебя. И начну всё с нуля», - утешала себя, собирая разбросанный скарб по «сторожке».

Мужчина, что вёл, был предельно услужлив. Он передал мне ключи от квартиры, сказал:

- Можем ехать? – и всё.

Я кивнула, прижала рюкзак. Ботинки, пальто и любимые джинсы уместила в пакете. Какое-то чувство возникло внутри. Как будто прощание с прошлым…

Я запомнила этот момент. Мне казалось, что, стоит отъехать подальше, и боль перестанет терзать моё сердце. Но этого не случилось! И даже когда иномарка везла меня прочь, я беззвучно рыдала на заднем сидении.