Измена. Я тебя прощаю (СИ)

Красивая она. На маму похожа. Такая же высокая, длинноногая, с копной густых каштановых волос и глазами цвета чайной розы. Мамина дочка, любимица её. Когда успела вырасти? Вздыхаю, как бабушка, и невесело улыбаюсь сама себе: я ведь тоже с мужем познакомилась перед своим девятнадцатилетием…

Я тогда поверить не могла, что он меня на свидание пригласил. Сам Петя Фомин, один из самых завидных женихов нашего города, пригласил меня на свидание! Меня, девочку, которая только закончила школу. Разве это не чудо!?

Я радовалась, как ребёнок, когда на работе меня перевели в основной состав, после его визита. А у нас тогда вообще только несколько свиданий было, мы даже ещё и не целовались по-настоящему.

Я поверить не могла своему счастью, когда он меня замуж позвал — летала, ничего не видела вокруг.

Сердце кровоточит от воспоминаний. Забыть бы всё, да не могу…

Наблюдаю за ними, когда она заходит. Как ведут себя. Как друг на друга смотрят. Ничего особенного, заняты постоянно: она с мамой, он с папой. Со мной она только не разговаривает, даже не подходит, а так — всё по-прежнему.

Такое напряжение, что всё тело болит. Я как оголённый провод сейчас: дотронься и током шарахнет.

За Элей муж приехал, она ко мне подходит:

— Справишься?

Усмехаюсь:

— Угу…

— Давно Лала не живёт у вас?

— Знаешь что-нибудь?

— Нет, ничего не знаю. Просто ни одна идиотка не оставит своего мужа с половозрелой девицей дома надолго, даже со своей любимой сестрёнкой. Я бы никогда так не сделала. Давно тебе об этом хотела сказать…

— Я идиотка…

— Ты не идиотка, Динуль, ты…, - замялась…

— Что, слов нет?

Фыркает мне на ухо…

— Почему такой вопрос? Кто наговолил нехорошего тебе?

— Догадайся…

— Догадалась. Выдохни и расслабься, всё ещё вилами на воде писано. Я ж тебе говорила, что она с дяденькой связалась, владельцем Орнамента. Я офигела, когда мне муж сказал. С её то возможностями, вот ни за что не поверю, что она к нему вдруг любовью воспылала. Слушай, я сейчас круг почёта сделаю и домой, а то даже мой терпеливый муж может разозлиться, — хихикает. — А ты не пори горячку, я попробую что-нибудь узнать про них.

Обнимает меня:

— Я люблю тебя Дин, знаешь, да? И в любое время звони…

Глажу её хорошенький животик — на счастье. Обнимаю. Не справилась бы без неё сегодня…

Ужин уже плохо помню. Пчелиный улей: жужжит, жалит иногда, не чувствую особо ничего. Устала.

И это состояние неопределённости бесит уже. Не знаю что делать. Не знаю как спать с ним буду, и как вести себя с ним, тоже не знаю. Не знаю, как у него спросить и что спрашивать вообще.

Хоть Эля и говорит, что ругаться не зазорно, я ругаться не умею. Никогда с ним не ругалась. Да и по жизни ни с кем почти не ругалась.

Никогда не слышала, чтобы мои родители ругались или выясняли отношения.