Измена. Я тебя (не) прощу (СИ)

— Блин, ну почему я всегда должна платить за свое счастье? Ну когда же мне в руки просто так хоть что-то упадет?

— Кариш, не переживай, тебе очень и очень вредно. Кортизол и адреналин не самые лучшие помощники тебя сейчас. Я смогу решить этот вопрос, но потребуется чуть больше времени. Я хотел до рождения ребенка, чтобы он сразу был на меня записан. Но теперь уж как получится, — шмыгаю, пусть думает, что я так расстроен, что едва сдерживаю слезы.

— Сумма огромная?

А вот этот разговор поворачивает в нужное русло."

"— Приличная, — начинаю раскачиваться на стуле. — Пять миллионов.

Каринка громко выдыхает.

— Ты не переживай, если что, чтобы наш сын не был безотцовщиной, я тебе нашел самого лучшего мужа. Полицейский, красивый, образованный. Он женится на тебе, — подмигиваю Ивану. Тот отвлекается от дел, смотрит на меня, в его глазах читаю, что я великий балабол.

— Арчик, ну у меня столько нет. И занять таких деньжищ негде. Ну, может, только…Я попробую.

Ага, вот одна сейчас на блюдечке денег принесет, но все же помнят, “обещать — не значит жениться”.

Иван идет к подоконнику. Замечаю там пластиковый копеечный электрический чайник. Рядом коробка дешевого чая и сахар-рафинад

— Будешь? — кивает на чашку.

— Не прости, брат, я такие помои не пью. Мне еще два звонка и все, можешь, квартиру подыскивать.

Мент наливает себе чай, садится на край стола, с интересом наблюдает за происходящем.

— Не нае. шь — не проживешь. Закон моего мира. Учись.

Тот кивает в знак согласия.

Набираю следующему должнику.

— Светлана Леонидовна, — специально называю мать так, чтобы она поняла, что я сильно обижен. — Есть серьезный разговор. Мне нужны деньги. Или я сдам Макса и его папашу.

— Да рассказывай. Отец еще не догадывается, какое чудовище мы создали, — в голосе матери брезгливость.

— Если цветочки на все поминальные субботы им носить не хочешь, то денег мне на карточку переведи. С тебя три миллиона за молчание. Мам, твое право. Мне из вас никого не жаль. Вы это заслужили. Я готов взять деньгами.

— Я подумаю, — мать сдалась. Даже если у нее нет такой суммы, хоть я и уверен, что есть, то у ее любимого мужчины точно есть. Кстати, и с Макса можно чуть поиметь. Вряд ли его папаша будет рад, что его сын оказался предателем и стукачом. Я все-таки чертов гений, вот так всех на крючок подсадить, из тюрьмы выйти еще и бабла заработать. И ни дня при этом не работать.

— А умирать потом не страшно будет? — мент смотрит мне в глаза, даже издалека чувствую, как он прожигает меня насквозь.

— Ад пуст, все бесы здесь. Не дрейфь, Ванек, все эти люди получают по заслугам. Они должны быть благодарны, что я их грехи на себя перевожу. Глеб Михайлович на очереди. Если с ним все нормально будет, то мы с тобой еще и рестрике нормально посидим.