Измена. Я не прощу (СИ)

Никаких досудебных документов мы не получали.

— Ну… Да…

Арсений бросает неуверенный взгляд на меня и потирает переносицу.

— Вопрос в том, что у нас были основания сомневаться в адекватности госпожи Розановой. Смерть отца выбила вас из колеи, и….

— У вас были какие-то доказательства по ее состоянию здоровья? Может быть, экспертиза? Или заключение психолога?

— Нет, но…

— Вы понимаете, что заморозка акций незаконна и мы будет требовать серьезной компенсации?"

"— На это были основания и не взирая на психологическое здоровье Людмилы. Корпорация выделяла огромные деньги на развитие салонов красоты. На приобретение земель для строительства зданий под них. И на само строительство. Фактически, можно ставить вопрос о том, что все эти объекты теперь принадлежат самой корпорации, поскольку все они построены или приобретены за счет наших активов. Собственно, именно этого и будет добиваться корпорация. А акции заморожены до проведения полного аудита по указанным объектам. В случае, если окажется, что их оценка будет меньше выделенных средств, акции госпожи Розановой должны покрыть эту разницу.

Что?

Егор не просто решил наложить арест на мои салоны? Он хочет забрать все себе? Абсолютно все!

Это какой-то дурной сон. Кошмар.

Даже не знаю, что хуже. То, что он изменил мне с Лялей или то, что он хочет оставить меня ни с чем!

Он ведь знал, что я живу этим делом. Знал, и… Черт. Помогал мне во многом. Давал хорошие советы, как лучше вести бизнес…

Перед глазами проносятся картины, как мы лежим в нашей постели. Егор обнимает меня. Прижимает к себе, поглаживая спину.

— Прости. Я слишком увлеклась. О своих салонах я могу говорить всю ночь напролет.

— Малыш. Это ведь твоя жизнь. Я все понимаю. Давай я посмотрю все чертежи. Прямо сейчас…

Он верил в меня. Поддерживал. Мог подняться среди ночи, чтобы помочь найти какую-то ошибку в расчетах…

А теперь… Хочет все отобрать! Как будто разрушить то, что я считала своей жизнью, ему мало!

И ведь и мама и сестра, с которой я делилась всем, с ним заодно! Без их одобрения он не поступил бы так!

— Это позиция Егора и Лены?

Вскидываю на Арсения Павловича взгляд.

— Безусловно, Людмила Алексеевна. Я лишь озвучиваю их решения.

— И вы поддерживаете это?

— Да. Я обязан действовать в интересах нашего бизнеса. Поэтому именно эта позиция для меня наиболее разумна.

Перевожу взгляд на остальных директоров и акционеров. Пристально всматриваюсь в глаза каждому. Неужели человеческие отношения и в самом деле ничего не значат?

Мне было бы легче, если бы папин юрист сказал, что у него просто не было выбора, все решили Егор и Ляля. Но… Он и правда на их стороне. Полностью. Как и все остальные за этим столом. И это… Это просто удар под дых!

Глава 32

— Это незаконно.