Измена. Я больше не буду тряпкой (СИ)

Спорить с матерью бесполезно.

— Вродь Анжелка и сказала. Так люди судачат… а я свечку в их хате не держала.

— Ясно, — закрываю глаза и делаю несколько глубоких вдохов. — Дай мне Сережу.

Мне надо услышать сына. Самой убедиться, что с ним все в порядке.

— Привет, мам! Как ты? Очень за тебя волнуюсь! — он говорит спокойно, только едва различимые нотки тревоги в голосе выдают его.

— Выздоравливаю. Ты лучше расскажи как у вас там, — сжимаю телефон. Как же я соскучилась, как мне не хватает моего ребенка.

— Папа приезжал, хотел меня домой забрать. Я не поехал с ним. Он предатель, — заявляет очень взрослым голосом. — У меня все хорошо, справлюсь. Не переживай, — после небольшой паузы добавляет мягко, — Очень тебя прошу.

Как защитить Сереженьку от этого кошмара?! Его помимо воли втянули в грязные игры взрослых. И без меня невесть что могут навешать ему на уши.

Надо скорее выбираться из больницы. Я должна быть рядом с сыном."

"Как справиться с Глебом? Я не могу вестись на его шантаж. Если сейчас прогнусь, он меня добьет.

С сыном мы говорим долго. Так не хватает наших душевных бесед, прогулок. А сейчас особенно тяжело дается разлука.

Стараюсь взять себя в руки. Выполнять все предписания врачей. Надо выздоравливать. Хоть с другой стороны и страшно выйти за ворота клиники. Ведь там ад. Но ради сына я выстою. Обязана. Другого варианта нет.

Мне названивают и Анжела и Глеб. Сбрасываю вызовы. Иначе снова может быть срыв.

Как она смеет мне звонить после всего? Ладно я… но так поступить с отцом!

Она заплатит за все. Такие поступки не могут остаться безнаказанными.

Через два дня врач сообщает мне, что меня завтра выписывают. Теперь становится действительно страшно. Особенно после сообщения, которое приходит от мужа:

«Солнышко, мы так ждем твоего возвращения».

Адский холод пронзает все тело, кажется, даже кровь замедляет свой бег. И я ведь даже до конца не знаю, насколько чудовищные вещи скрыты в этой фразе.

Забываюсь тревожным сном. Вижу своего нерожденного сына, который тонет в вязком темно-зеленом болоте. Я бегу к нему, так хочу спасти. Он тянет ко мне свои ручки, задыхается от плача. А я вязну в гнилой жиже, она опутывает все тело, и я не могу сделать и шага.

А на вершине горы, в обрамлении лучей солнца стоит Коля. Он улыбается мне. И я понимаю, что никогда мне не забраться на ту гору к нему, а он не спустится вниз, чтобы меня спасти.

Просыпаюсь в холодном поту. За окном темнота. В больничных стенах тишина.

Шатаясь, держась за стену, выхожу в коридор. Подхожу к окну. Смотрю невидящими глазами вдаль, там только тьма. Ни одного просвета.

Дышу на стекло. Так хочется прогнать мрак. А палец сам пишет букву «К». Судорожно стираю свой позор. Но проходит несколько секунд и все повторяется вновь.