Измена. Истинная генерала драконов (СИ)

Ради чего теперь жить, если то, что было для меня самым важным, перестало иметь всяческий смысл? Ради семьи?"

"Это кажется мне странным и таким неестественным. Но когда я впервые увидел своего сына, внутри меня что-то перевернулось. Я всегда держал в голове мысль, что продолжение рода важно для меня, но не стоит на первом месте. И сейчас я не испытываю гордости за то, что один из важных пунктов выполнен. Я чувствую что-то другое. Какое-то умиротворение и… счастье.

Испытывать это чувство не от собственных заслуг крайне непривычно. Да и вообще оно ощущается совершенно иначе. Оно растекается по всему телу и медленно заполняет пустоту внутри меня. И впервые в жизни я чувствую себя уязвимым.

Я не ощущал такого даже глядя в лицо смерти. И не было такого необъятного чувства ответственности, даже когда за моей спиной стояли тысячи воинов, жизнь которых во многом зависела от меня. И это пугает меня, как никогда раньше.

Но помимо сына у меня еще есть и жена. Я будто только сейчас это понял. Прежде она была для меня просто приложением, даром Богов, который я не ценил. Я не видел в ней личность, не видел ее человеческих качеств, и уж тем более не считал, что хоть чем-то ей обязан. При этом был уверен, что дал ей все, что только мог. А она вместо того, чтобы ценить это, требовала больше.

Так я думал прежде и не скрывал своих мыслей и намерений. Понимал, как сильно ранит это Лину, для которой я, казалось, стал смыслом жизни, и все равно предпочел не молчать.

Сейчас я понимаю, как глупо и неправильно поступал. Ведь я должен был взять на себя ответственность за нее во всех смыслах, а не только в материальном. Должен был беречь ее чувства и хотя бы не травмировать тем, что для любви я избрал другую.

Сейчас я уже не понимаю, была ли это любовь. Когда я увидел вчера Миарель, то не почувствовал ничего, кроме брезгливости и отвращения к самому себе.

Я должен был тщательнее присматриваться к своей истинной, но так отчаянно боролся с навязанной Богами истинностью и не желал ее принимать, что просто предпочел утопать в похоти с той, к которой уже привык. Я знал, чего могу ожидать от Миарель, и полностью отрицал возможность перемен в моей жизни.

Если бы тогда я не боролся с самим с собой и принимал истинность не как обузу, а как шанс обрести что-то новое, настоящее и поистине необходимое мне, то сейчас, возможно, с Линой все было бы иначе.

Теперь она уже не испытывает ко мне того, что было прежде. Я увидел это в ее глазах, в каждом ее слове, жесте. Теперь она принимает меня как данность без желания обрести что-то новое и поистине необходимое. Теперь она смотрит на меня так, как я когда-то смотрел на нее. Навязанный Богами истинный. Нежеланная обуза, с которой придется мириться до конца своих дней.

Мы поменялись местами.