Измена и месть. Ты слишком ничтожна, жена!

— Фида, мне кажется, ты забываешься, — его голос прозвучал угрожающе.

Но фаворитке уже снесло крышу.

— Забываюсь? — ее голос дрогнул. Она сжала кулаки. — Вы… вы совсем не любите меня? Возитесь с этой убогой женщиной вместо того, чтобы уже наконец строить истинное счастье вместе со мной???

Себастьян молчал, позволяя ей захлебываться собственной яростью. Но его брови поднимались все выше и выше в ошеломленном недоумении.

— Я лучше её! Я достойнее, чем эта никчемная монашка. Мне кажется, вы должны поторопиться!"

"Себастьян резко сорвался с места и поравнялся с ней так быстро, что Фида резко замолчала. Наконец она увидела, что его лицо побагровело от гнева. Она громко сглотнула, запоздало сообразив, что наговорила лишнего.

— Убирайся, — процедил он сквозь зубы, — убирайся из этого дома, пока цела!

— Что? — ее голос сразу осел и стал тонким, как натянутая струна. На лице отразился дикий ужас.

— Последний раз говорю, уходи, Фида, иначе тебе не сносить головы.

Взгляд Себастьяна был таким холодным, что даже неуемная самоуверенность служанки дала мгновенную трещину. Она сделала шаг назад, потом другой, едва не упала, а после развернулась и выскочила из кабинета со скоростью арбалетного болта.

Вечером уже все в доме знали, что Фида собирает вещи. Ее слезы, рыдания, оправдания и проклятия в сторону супруги хозяина никто не слушал. Даже те, кто раньше как будто уважал ее и стелился перед ней, теперь шептались, бросая презрительные взгляды.

Я сидела в своей комнате, слушая, как хлопают двери и как громко ругается Фида, пила чай, чувствуя сладкий вкус победы на губах. Итак, одной проблемы меньше.

Покосилась на книгу, лежащую на столе, и усмехнулась. Ну надо же, как много интересного, оказывается, существует в этом мире! Даже инструкции о том, как плести интриги со своими врагами…

Но если мне удалось так легко избавиться от тщеславной соперницы, то и с любым другим противником, я думаю, у меня всё получится.

В последующие дни я задумчиво листала страницы книги, которая оказалась мне верным советчиком. Ирония судьбы: монастырская послушница стала аристократкой, изучающей искусство интриг. Но эта книга, будто специально написанная для меня, стала кладезем знаний. Каждое её слово, каждый совет я впитывала, как жаждущий каплю воды. Фида стала первым успешным испытанием моих новых навыков, и теперь настал момент подумать о более крупной игре.

Себастьян… Его лицо возникло перед глазами. Такой холодный, надменный, уверенный в своей власти. Он думал, что я сломалась. Что я в отчаянии цепляюсь за его милость, довольствуясь жалкими крохами покровительства. Но он даже не подозревает, какой пожар разгорается во мне. Нет, я не мышь, что прячется в тени.