Измена. Горечь предательства

А о курении и более вредных и губительных веществах даже и не думала! Питалась правильно, принимала витамины, но… Я буквально выстрадала эту беременность, а теперь на грани того, чтобы лишиться ее.

- Скажите, что там? - умоляюще спрашиваю я доктора.

Еле дышу, потому что сама себя уже извела плохими мыслями. И врач так долго осматривает меня, что это еще больше наводит на дурные мысли.

- Еще немного потерпите, - просит Валентина Сергеевна. - И прекращайте нервничать. Лучше расскажите про своего мужа. Давно вы вместе? Он у вас такой заботливый, постоянно звонит, спрашивает о вашем самочувствии.

Если это была попытка отвлечь меня от дурных мыслей, то получилось скверно, потому что разговоры об Андрее меня уж точно не успокоят.

- И сегодня звонил? - уточняю я.

- И сегодня, - улыбается доктор."

"Видимо, зря я пыталась освободить Валентину Сергеевну от назойливости мужа и принять удар на себя. Он так и продолжает ей названивать. Что ж, тогда я умываю руки. Больше не стану отвечать на его сообщения.

- Ну, так расскажете, или как? - настаивает Валентина Сергеевна, перемещая датчик из одного положения в другое.

Не понимаю, что вообще можно разглядеть на этом экране? Белые пятна, черные пятна…

- Да нечего особо рассказывать, - все же отвечаю я, ведь грубо будет с моей стороны просто промолчать. - Десять лет вместе, последние года четыре пытались завести ребенка, а теперь…

На глаза наворачиваются слезы. И, нет, сейчас вовсе не из-за беременности. Просто в голове на быстрой перемотке мелькает вся наша совместная жизнь, и мне так горько осознавать, что всего этого больше не будет никогда.

- А что теперь? - повторяет мои слова Валентина Андреевна, выгнув брови домиком.

На эмоциях я едва соображаю. Не знаю, что ответить ей на этот вопрос. И на фоне этого смятения, запоздало замечаю, что раздается какой-то шум.

- Это сердцебиение вашего малыша, - с теплой улыбкой поясняет врач, и я, наконец, замечаю, что в этом шуме раздается стук сердца.

- Это точно его? - с сомнением спрашиваю я, ведь уже трудно поверить во что-то хорошее.

- Точно, - усмехается она. - Можете одеваться.

- А анализы? С ними ведь что-то не так? - спрашиваю я, одевшись, ведь не просто же так меня привели на УЗИ-осмотр раньше запланированного.

- Идите пока в свою палату, а я чуть позже зайду к вам и все расскажу, - отвечает она и тут же добавляет, заметив, как я переменилась в лице: - Не волнуйтесь вы так, пожалуйста. Ничего серьезного.

Выхожу из кабинета и плетусь в свою палату. Ничего серьезного… Ничего серьезного… Эти слова застыли у меня в голове и крутятся, словно пластинка на повторе. Она же не сказала «ситуация тяжелая», или что-то в таком духе.